После маленького посёлочка Ильинский он направил машину на север, в объезд водохранилища. Миновали Осиновку и двинули на восток. До Дальнего Буланша отсюда оставалось километров пятнадцать. Время подходило к семи часам утра...

...Сначала появился вертолёт. На бреющем полёте он прошёлся над лесом. Видимо, из кабины заметили движущуюся по лесной просеке машину вертолёт развернулся и завис над "Волгой".

– Началось, - сквозь зубы процедил Кирилл.
– Ну теперь держитесь, ребятки...

Да, подъезды к Резерву даже на таком сравнительно отдалённом расстоянии надёжно охранялись. Теперь пассажиров "Волги" могла выручить только скорость. Скорость и удача. Машина, управляемая рукой Кирилла, вылетела из леса к железной дороге и понеслась по проложенной вдоль неё грунтовке. Антон глянул на карту. Впереди лежал железнодорожный разъезд Рефт с одноимённым посёлочком рядом, затем из Рефта вела на север грунтовая дорога, прямо к деревне Черемшанка и дальше. Та самая дорога, что тянулась мимо Буланаша...

...Из-за поворота на дорогу выскочил военный бронетранспортёр. Проворно развернувшись, он перегородил путь, на броню выскочили солдаты.

– Провалитесь вы!
– Кирилл резко рванул руль вправо - "Волга" выскочила на железнодорожную линию.

Громыхая, пересекли рельсы и по каким-то тропам, по целине влетели в Рефт. Несколько домиков, что составляли этот посёлочек на разъезде, в столь утренний час казались вымершими. На единственной расхлябанной от прошедших дождей улице - пустота, только собаки подняли лай из-за заборов да вытаращилась удивлённо на несущуюся с огромной скоростью заляпанную грязью "Волгу" толстая обходчица на крылечке домика на разъезде.

Сзади за ними рвался БТР. На разбитых дождями колеях грунтовки он имел все преимущества в скорости и проходимости. И помимо него при въезде в Черемшанку стоял еще один пост - милицейский уазик. Дорога была перекрыта железными лёгкими ограждениями.

– Прекрасно...
– Кирилл до упора вжал педаль газа. "Волга" стремительно неслась прямо на ограждения, на вышедшего навстречу милиционеру.

Тот еле успел отскочить. Посыпались в сторону ограждения.

– Теперь за нами начнёт охоту вся местная охрана, - хохотнул задорно Кирилл. Он вытащил из-под куртки пистолет, протянул Антону.
– Если что, попугай их. Нам осталось километра три-четыре удирать на колёсах. Потом постараемся исчезнуть в лесу.

Антон принял из его рук неуклюжий "Макаров", повертел перед глазами.

– Что и как там нажимать, - усмехнулся Кирилл, - тебе Саша покажет. Теперь это её орудие.

Потом они свернули с дороги прямо в лесную целину, ехали, пока позволяли деревья, а когда чаща стала гуще, машину пришлось бросить. До Дальнего Буланаша оставалось километра четыре. Пешком. По целине. С девушкой, у которой ещё не зажила нога. Единственное утешение - то, что преследователям тоже придётся продираться сквозь заросли пешком - их не согревало.

...Они наткнулись на болото, чуть не увязли, после чего пришлось свернуть к югу, чтобы выйти к лесной просеке. Над головами вновь замаячил вертолёт охраны.

...Вперёд. Вперёд. Быстрей. Быстрей. Антон подхватил под руку хромавшую Кассандру, помогая ей идти. Кирилл, испросив у девушки право "поносить оружие", взял на себя роль разведки и охраны. Он то уходил вбок, в заросли, то оставался позади.

...Вышли на развилку из лесных просек, свернули влево. До ближайшего домика Дальнено Буланаша оставалось каких-то пятьсот-шестьсот метров, когда из-за деревьев впереди на лесную просеку неожиданно выдвинулись четыре закутанных в чёрное фигуры. Словно четыре горбатых странника-монаха с укрытыми капюшонами лицами. Видимо, они тоже не ожидали встретить здесь людей, потому что замерли на месте, оборотив невидимые за тёмной тенью капюшонов глаза в сторону троих беглецов. В их руках вороным блеском отливали стволы.

– Ханкарцы!
– сказала вдруг Кассандра, останавливаясь. Она обернулась к Антону.
– Это же ханкарцы...

Усталая безнадёжность слышалась в её странной реплике.

Вороные стволы в руках неведомых монахов шевельнулись. Антон заворожено наблюдал, как смертное пятнышко дула поднялось и уставилось прямо ему в грудь. Рядом что-то произнёс Кирилл, но Антон не услышал - вокруг словно повисла завеса глухой тишины.

Тишина рухнула, подкошенная похожим на громкий плевок выстрелом. И ещё выстрел, и ещё...

– В лес!
– крикнул Кирилл отчаянным голосом.
– В лес бегите!

И он стал стрелять из пистолета по фигурам монахов.

Повинуясь столь решительной команде, Антон невольно сделал шаг в сторону густой чащи, но вдруг почувствовал тяжкую слабость в ногах. Он сел на землю и с удивлением принялся глядеть, как на левом боку набухает малиновой кровью рубашка. Будто истекали соком переспелые вишни.

И было там, в левом боку, жарко. Жарко и приятно, и совсем не чувствовалось боли. Совсем...