И чем дальше капитан Договар имел дело с «Обновлением», тем больше его одолевали сомнения и раздирали противоречивые чувства. Он желал только одного — бороться за лучший порядок на Силонте, и готов был отдавать для этого максимум своих сил, но он видел, что идеологи их нелегальной организации не могут предложить ничего конкретного кроме самого государственного переворота. А капитан был достаточно умен, чтобы понимать недостаточность простой замены режима и необходимость иметь чёткую программу действий после прихода к власти. Если такой программы нет, то сюжет спектакля не изменится, на сцену выйдут только новые актёры. Однако и сам Договар предложить ничего не мог.

Будучи максималистом, Договар-младщий не был фанатиком. Поэтому на основании того, что он видел вокруг себя, в его голову и начал закрадываться скептицизм. Капитан стал охладевать к какой бы то ни было борьбе, хотя, будучи энергичным, продолжал активно работать в «Обновлении», не признаваясь даже самому себе, что смысла в этих действиях видит всё меньше и меньше.

Пилот Ниморулен зевнул, не отрывая взгляд от экрана. Кончался пятый час после получения приказа на задержание нарушителей границы.

— Что зеваешь, Ниморулен? — Майор Малваун хлопнул пилота по плечу (сержант Ниморулен был одним из немногих, к кому майор почему-то благоволил). — Что, уже устал?

— Никак нет, господин майор! — как можно бодрее ответил сержант. — Готов нести вахту, сколько потребуется, чтобы выполнить приказ! Только очень уж однообразно, — пожаловался он.

— Ничего-ничего, главное — накрыть этих гадов! — Майор потёр ладонью по подлокотнику кресла. — Верно я говорю, а, сержант?

— Так точно, господин майор, вы всегда верно говорите! — осклабился польщённый вниманием к себе Ниморулен.

— Между прочим, — подал голос капитан Договар, — что-то уж очень долго мы, да и никто из остальных ничего не видим. Может быть, эти ребята уже проскочили границу? Возможно, они далеко нас опередили.

Майор даже вскинулся в своём кресле.

— Нет! — тряхнул он головой. — Так далеко они не могли оторваться. Военного аппарата у них быть не может, а ни один другой не разовьёт такую скорость. Накроем, должны накрыть! Ещё не было случая, чтобы от меня кто-то ушёл.

Капитан внимательно посмотрел на майора. Последние слова Малваун произнёс почти с надрывом, оскалив зубы и пристально вглядываясь в изображение на экране.

— Чёртово место, — процедил он, — видимость по локатору совсем падает!

«Эге», — подумал капитан, — «как он ревностно взялся за дело, дрожит даже от напряжения, как будто с поводка рвётся. Ну, ещё бы! Звание могут повысить!… Не зря ли я с ним болтал? Не «настучал бы», чего доброго. Страшного, конечно, ничего не произойдёт, но совсем ни к чему, чтобы Служба Безопасности лишний раз копалась в моих связях».

— А может быть, эти отщепенцы, — сказал капитан вслух, — достали где-то военный катер, например, и сейчас уже у нашартмаков?

— Откуда они могли достать военный катер? — резко повернулся к нему майор, глаза его блестели. Капитан пожал плечами:

— Да, мало ли, где?…

— Не могли они раздобыть военный катер, — раздражённо махнул рукой Малваун.

— Кто его знает, — продолжал поддевать его капитан, — может быть угнали. А иначе почему мы до сих пор их не нагнали? Майор плюнул с досадой:

— Да как же они угонят катер? Все ангары охраняются, а на базы просто так не попасть. Разве только… — Тут он осёкся. — Кроме того, об этом бы сообщили, — добавил майор после некоторой паузы.

— Если так, то догоним, — с иронией в голосе, сказал Договар.

Майор ничего не ответил, продолжая вглядываться в экран. На его лице была написана досада, смешанная с нетерпением. Он злился из-за растущей боязни упустить беглецов.

— Господин майор, — сказал вдруг Ниморулен, глядя в окуляры перископа пилота, — Мне вот уже минуты две кажется, что вижу какой-то объект. Он вроде бы движется, но…

— Что?! — Майор аж подскочил в кресле. — Почему не докладываете, если видите? Как это ты видишь, — Малваун перешёл на «ты», — а наблюдатели ничего не сообщают? И на экране — чисто!

— Да, господин майор, — кивнул пилот, — но наблюдатели следят радарами, настроенными на зону-двадцать, а я заметил объект в зоне-десять просто в обычный перископ. Переключите его на экран, господин майор.

— Ну-ка, ну-ка! — сказал Малваун и щелкнул тумблером.

Теперь на главный экран пошло изображение с обычной телекамеры, установленной на носу катера. Открылась почти та же картина, только стало значительно темнее.

— Где это? — спросил Малваун.

— Вон там, господин майор, — Сержант показал рукой ниже, — видите, почти у края экрана?