— Неужели нужно держать при себе телохранителя даже дома? — прошептала Баффи. — Мы же загораем, я почти все с себя сняла. Ты что, совсем не бываешь наедине?

— Почти нет, — призналась Франческа. — И потом, это ведь всего лишь Джон Тартл. Я к нему так привыкла, что почти не замечаю.

Она подкрутила окуляры, пытаясь различить Курта Бергстрома на борту «Фрейи».

— Только не говори мне, что он за нами не подсматривает, — фыркнула Баффи. — Какой настоящий мужик пропустит такое зрелище! Погляди, он смотрит на тебя! Все время смотрит только на тебя! — Она перевернулась на живот. — Слушай, а ведь он красавчик. Неужели ты никогда этого не замечала?

Франческа только пожала плечами в ответ на это:

— Он и должен смотреть на меня, для этого он здесь и находится. На прошлой неделе я получила еще одно письмо — угрожают похитить. Джону Тартлу за то и платят, чтобы он охранял меня от всяких психов и любопытных. Можешь себе представить, один фотограф ухитрился снять меня телеобъективом в бассейне! Для этого ему пришлось, наверное, залезть на пальму… Я сама снимка не видела, но мои юристы говорят — очень эффектный, я там в бикини. И сразу же после этого начались угрозы. Можно с ума сойти, если обо всем этом думать.

— Сойти с ума? Да у меня кровь стынет в жилах! О Франческа, и как же ты на них реагируешь?

— Набираю людей, чтобы они думали об этом, — холодно произнесла Франческа. — Джон Тартл теперь мой личный телохранитель, а его помощник занимается охраной поместья. Он постоянно делает обход территории. Письмами с угрозами занимаются полиция Палм-Бич и ФБР. А юристы в Майами решают, кого преследовать по суду и как. Представители Фонда по связям с общественностью держат все это в секрете от репортеров.

Подруги некоторое время молчали.

— Баффи, — внезапно воскликнула Франческа, — странно, но кто-то регулярно, два раза в год, посылает в Фонд Бладвортов в Нью-Йорке письма, угрожая взорвать здание! Какие-то террористические группы уверяют, что деньги Бладвортов вложены в компании, поддерживающие военные диктатуры. А юристы говорят, что Фонд получает угрозы даже из-за того, что в магазинах Бладворта нет профсоюзных организаций. — Она нахмурилась. — Как ты считаешь, я должна что-нибудь предпринять по этому поводу?

Баффи, не отрываясь, смотрела на Джона Тар-тла, стоящего на террасе чуть ниже того места, где лежали подруги.

— Что ты имеешь в виду? Неужели ты хочешь стать профсоюзным боссом?

Франческа опустила бинокль. «Фрейя» уже скрылась вдали.

— Я думаю, профсоюз не такое уж плохое дело. Все мои родные, когда устраивались на работу, вступали в профсоюз.

— Только больше никому не говори этого, — пробормотала Баффи, по-прежнему не отрывая взгляда от телохранителя. — Здесь тебе не Бостон, а Палм-Бич, второй после Далласа оплот консерваторов. Лучше скажи мне — где сейчас Курт?

— Огибает буй, — ответила Франческа, — по крайней мере в последний раз я видела его яхту именно там.

Баффи снова перевернулась на живот, небрежно придерживая на груди чашечки незастегнутого лифчика, и произнесла в пространство:

— Эй, красавчик, погляди на меня! Пусть у меня не так много денег, как у твоей хозяйки, и подпорчено лицо, но все остальное в полном порядке!

— Баффи, прекрати! — Франческа выпрямилась в шезлонге. — Насколько я знаю, Джон Тартл не понимает таких шуток. И в конце концов ему платят за то, что он делает. Оставь его в покое.

Но Баффи только хмыкнула:

— Он же не мой служащий, так что я могу с ним заигрывать. А я нахожу его потрясающим мужчиной. Только посмотри на это тело, эти губы. Он всегда так сексуально улыбается! Чертовски похож на пантеру. Или ягуара? Нет, все-таки на пантеру, черную, сильную и опасную. До чего некстати этот мой нос — столько времени не заживает после операции!

Она перевернулась на спину, небрежно, больше для вида прижимая к груди полосочку бикини.

— Ладно, скажи лучше, как дела на «Фрейе»? Доррит сейчас там? Именно поэтому ты все глаза проглядела?

Франческа бросила на нее такой взгляд, что Баффи тут же спохватилась:

— Не обращай на мои слова внимания. Доррит там быть не может, она не переносит моря, ее тут же укачивает. Я просто болтаю языком.

— Но почему Доррит должна быть с Куртом на «Фрейе»? — нахмурившись, спросила Франческа. Подруга не ответила, и она переспросила: — Баффи, почему Доррит должна быть с Куртом? Им уже приходилось вместе ходить на «Фрейе»?

Баффи приставила ладонь козырьком ко лбу.

— Франческа, дорогая, — произнесла она виноватым тоном, — ты оплатила мой счет из клиники, пока мне не удастся вытрясти деньги из моего сволочного муженька и отдать тебе. Прошу тебя, не заставляй меня сказать что-нибудь такое, что может разрушить нашу дружбу, хорошо?