После трапезы Юл засел в своем кабинете, а Санта с малышом поехали на прогулку за город.

Когда они возвратились, Юл заметил, что Санта чем-то взволнована, но старается скрыть свое состояние за чрезмерной суетливостью движений.

– Санта, - улыбаясь, спросил он, - наш мальчик опять натворил глупостей, несовместимых с твоими взглядами на воспитание? Отвечай, проказник, почему мама не в духе?
– обратился он к Чеду, шутливо встряхнув сына за плечи.

– Все в порядке. Юл. Он у нас молодец. Пойдем, мне нужно сказать тебе кое-что, - смеясь, ответила Санта.

Она взяла мужа под руку и повела его в кабинет.

– Чед, - повернулась она на ходу к сыну, - я сейчас приду, и мы поиграем.

– Юл, - начала она, как только они переступили порог кабинета, - Юл, у нас будет еще один малыш... Ты рад?

– Санта! Сокровище мое!
– воскликнул он.
– Я счастлив, и больше мне нечего сказать.

Поболтав немного о грядущих приятных переменах, они разошлись по своим делам. Санта поспешила в детскую, где ее ждал Чед, а Юл направился в редакцию журнала, собираясь утрясти кое-какие финансовые неурядицы.

Домой он вернулся часа через два в хорошем расположении духа, ему удалось решить спорный вопрос в свою пользу. Он нашел Санту в детской, где она вместе с Чедом играла в пинг-понг.

Не отрываясь от игры, они приветствовали его радостными восклицаниями. Юл присел в кресло, смакуя прохладный коктейль, принесенный заботливой роботом-служанкой.

Прошло около получаса, а оптимизм игравших и их энергия не убывали. Даже сейчас Юл помнил в малейших деталях, как Чед сделал крайне неумелую подачу. Шарик перелетел через сетку и, выписав замысловатое па на столе, внезапно нырнул в сторону.

Санта, пытаясь его достать, отчаянно рванулась с противоположной стороны стола, нанося сильный и резкий боковой удар. Она промахнулась, с громким стуком ударившись правой рукой о край стола. Ракетка выпала из ее рук, лицо исказила гримаса отчаяния и боли. Санта схватила правое запястье здоровой рукой и, застонав, затрясла им. На ее лице появилось необычное для нее выражение гнева и жестокости.

Юл и Чед одновременно поспешили к ней. Юл первым получил удар невероятной силы прямо в корпус. От неожиданности голова его дернулась назад. Он почувствовал сильную боль и остановился, схватившись руками за грудь.

Все, что последовало затем, виделось ему, словно в замедленном кино. Санта с диким воплем, потрясшим Юла не меньше, чем удар, взялась за край теннисного стола и в мгновение ока перевернула его одной рукой. Чед, стоявший рядом и едва увернувшийся от массивной крышки, просвистевшей над его головой, заплакал навзрыд, испуганно вытаращив глаза на приближающуюся мать.

– Мама! Я боюсь, не надо!
– закричал он и побежал в угол, где в больших ящиках и на стеллажах лежали его игрушки. Санта направилась за ним. Она с треском вырвала ножку стола и швырнула ее вслед убегающему сыну.

Тяжелый квадратный брус, вращаясь, задел Чеда по ногам, он закричал от боли и испуга, упал на ящик с игрушками и, перевернув его, вывалил на пол кучу мячей и плюшевых фигурок.

Робот-служанка, вежливо огибая Санту, поспешила убрать явное, на ее взгляд, безобразие, но была остановлена могучим ударом деревянного бруса, незамедлительно оказавшегося в руках хозяйки. Следующий удар пробил металлическую обшивку, вырвал столб искр и дыма из недр машины одновременно с аварийным сигналом.

Юл очнулся, услышав резкий звук сигнала, и бросился останавливать Санту, подходившую к сыну. Чед истошно кричал, схватившись обеими руками за пах и суча ногами по полу. Юл видел, как расползается пятно под его пальцами, как оно ползет вниз по его светло-голубым штанам, образуя прозрачную лужу возле правой ноги.

– Беги, Чед!
– закричал Юл, что есть силы обхватив Санту сзади за плечи и пытаясь свалить ее на пол.
– Позвони господину Бьюару, скажи, что мама заболела! Скорее, Чед. Или поручи телесекретарю, он знает ном...

Договорить Юл не успел. Он почувствовал дикую боль в кистях, и его затошнило.

Санта рывком освободилась из объятий и медленно повернулась к нему лицом. Оно было покрыто испариной и пунцовыми пятнами, на лбу вздулись вены, глаза наполнились кровью и пылали ненавистью, щека нервно подергивалась, то и дело вскидывая угол рта и показывая белые ровные зубы. Краем глаза Юл заметил, как мимо них прошмыгнул Чед.

– Санта, господи, что с тобой?! Успокойся, - прохрипел Юл, ощущая сильную боль при дыхании. У него были сломаны ребра и, вероятно, обе кисти.

– Санта, родная, что с тобой?
– переспросил он, как можно спокойнее, окончательно понимая бессмысленность попытки достучаться до нее.

Она глубоко вздохнула, медленно подняла руку, с трудом отвела ее назад и тяжело, открытой ладонью, ткнула ему в лицо. Огненные крути вспыхнули перед его глазами, верхняя губа лопнула и моментально набухла, рот наполнился соленой кровью, и тонкая струйка теплой дорожкой заскользила по подбородку.