Ким побежала к двери:

— Я открою.

— Нет!

Она замерла на месте.

— Я хотел сказать — позволь открыть мне. Пожалуйста! Уже поздно, мало ли что…

— Господи, Джордж! С тобой я всегда чувствую себя в безопасности.

Ким заглянула в глазок и удивленно обернулась.

— Да это твой босс!

— Николь? Что ей здесь понадобилось?

«Лжец!» Он открыл дверь.

— О, вот так сюрприз! — Он говорил преувеличенно громко. — Ким, ты была права, это Николь. Что привело тебя сюда так поздно?

Ники выглядела отлично — черное платье чрезвычайно шло ей, делая ее на удивление женственной. Волосы ее казались пышнее обычного, к тому же она надушилась его любимыми духами.

Николь лениво подняла бровь и покачала головой.

— Как хорошо, что я не воспользовалась своим ключом, — сказала она едва слышно.

На лице Джорджа она прочла смущение и боль.

— Мне жаль, — почти не разжимая губ, прошептал он. Ким, появившись из-за плеча Джорджа, тут же продемонстрировала приветливость и гостеприимство.

— Николь, хорошо, что вы не заглянули минут на пять раньше, а то застали бы нас голыми. А вы выглядите просто прелестно. Должно быть, постарались привести себя в надлежащую форму и преуспели на славу.

— Откровенно говоря, я была поблизости и увидела, что у вас горит свет. У меня тут компьютерный файл, который мне надо сбросить. Он очень чувствителен, чтобы посылать его электронной почтой. — Николь достала из сумки небольшую коробочку с дискетами, открыла ее и передала одну дискету Джорджу. — Посмотри, когда найдешь время, ладно?

— Завтра вечером, непременно. У Ким двойная смена, она начинает работать… Когда ты начинаешь, детка?

— В шесть тридцать.

— Ну, я не уверена насчет своего расписания, — протянула Николь, — но если буду свободна, обязательно позвоню тебе.

— Отлично. Ким не будет дома, и ты уже не сможешь прервать наши бурные объятия.

Какого черта? Он ведь обещал себе больше не дразнить Ники и вовсе не хотел оттолкнуть ее. Ему необходимо поговорить с ней.

— Гм! Пожалуй, ты сказал мне больше, чем я хотела бы знать. — Николь принужденно улыбнулась. — Доброй ночи, и прошу простить за вторжение.

Джордж сунул дискету в карман рубашки, потом закрыл дверь и запер ее на замок.

— Тебе не кажется, что ее приход не случаен? — спросила Ким.

Она стояла, скрестив руки на груди, глаза ее были чуть прищурены.

— Ну… — не сразу нашелся Джордж. — Нет!

«Ты лгунишка, шалунишка! На тебе горят штанишки!»

— Просто начальница оказалась поблизости, — вслух размышляла Ким, — и решила, что самое время заглянуть к тебе и вручить дискету.

Джордж смущенно улыбнулся.

— В целом ты рассудила верно: она работает круглые сутки. Вот почему босс она, а не я.

— Нет, — решительно возразила Ким. — За этим кроется нечто гораздо большее. И знаешь, что я думаю?

— Что же ты думаешь?

— Она положила на тебя глаз.

Джордж чуть не поперхнулся.

— Ну, это уже чистое безумие.

— Нет, я серьезно. Твой босс хочет тебя. Я же видела, как она на тебя смотрела! Много ли найдется боссов, готовых проехать полгорода, чтобы посетить своего подчиненного? — Ким покачала головой. — Нет, Джордж, я совершенно уверена. Будь осмотрителен. Она только и мечтает о том, чтобы поймать тебя в лифте одного и изнасиловать.

— Не думаю, — ответил Джордж, опираясь на костыли, чтобы добраться до дивана. Значит, Ким не имела ни малейшего представления о том, что когда-то Ник и он были женаты и что вспыхивавшие между ними искры — проявление гнева, а не вожделения. От вожделения там было совсем чуть-чуть — у него и Ник лучшие минуты в постели наступали после бурной ссоры.

— Думаю, она пришла сегодня в надежде на то, что не встретит меня.

— А я думаю, ты не права, — снова солгал Джордж. Внезапно Ким повернулась к нему и прокричала:

— Ты лгунишка, ты лгунишка, на тебе горят штанишки!

Ее улыбка стала лукавой и загадочной:

— Кажется, ты хотел сделать так, чтобы и у меня в штанишках все запылало?

— Ну, снова начинается! — Миссис Герти стояла у окна, глядя на улицу. — Одна из этих маленьких японских машин цвета маренго. Шофер — настоящий бандюга.

Алессандре не требовалось подходить к окну, чтобы узнать, кто сидит за рулем машины, остановившейся возле дома миссис Герти.

— Это Гарри.