– Хм... Увлекательнейшая ситуация!
– поморщился Игорь.
– А что там на самом деле вокруг этой крошки заварилось?

– Чисто! Обычная подстраховка. Личная и как бы неофициальная просьба мэра - присмотреть, очаровать. Я бы и сам не прочь, да супруга ревнивая.

– Мне в этом смысле терять нечего. То есть, господину Бортнику, я полагаю.
– Игорь назвал имя одного из своих персонажей, которых "выводил в свет" в зависимости от ситуации, вроде райкинских масок.
– Давно его не "прогуливал", думаю, пора вернуть мужичка из длительной зарубежной поездки ради такого дела.

– Вот и отлично. Девушка ведь тоже свободна. Глядишь, и свадьбу сыграем, - подмигнул шеф.
– Мы заранее обговорили твое присутствие с менеджером Джордан, этим самым Брантом, и с конторой Симакова, которая, естественно, будет неусыпно охранять гостью. Дама, естественно, имеет собственных секьюрити в составе двух человек, мужского и женского пола. Семейный бизнес! Это у них теперь модно - натаскивать баб, как сторожевых псов. Парочка, конечно, станет путаться под ногами изо всех сил. Что, не сомневаюсь, несколько развлечет тебя.

– Ладно, неделю потерплю, - не поддержал шутливый тон недовольный заданием Игорь и настороженно взглянул на шефа.
– Личная просьба мэра? Интересно...

Колчин выразительно пожал плечами. Давняя привычка существовать в окружении "жучков" и стукачей выработала особую систему мимики и жестикуляции. Мужчины без слов поняли друг друга и распрощались с крепким рукопожатием. Только совсем наивные да новички доверяли толстым стенам неприглядного дома в Лиховом переулке с запыленной вывеской "Курсы повышения квалификации работников кондитерского производства", где обосновалась "фирма" Колчина. Кроме того, обоим было ясно, что просьбы хозяина города в их департамент зря не поступают. А значит, трепаться и расслабляться не стоит.

Семиметровый "линкольн" цвета "белая ночь" в сопровождении эскорта автомобилей с синими мигалками мчался по главной улице столицы.

По обе стороны от гостьи восседали Бренда и Дак, выполнявшие обязанности личной охраны. Сзади, рядом с русским сопровождающим, расположился Хью. Вита рассмеялась, когда ставший чрезвычайно осторожным на московской земле Брант предложил такой порядок размещения в машине. Ее стерегли, как золотой запас национального банка, а сопровождающие проезд "линкольна" полицейские автомобили как бы свидетельствовали о реальном нападении.

– Стоило перелетать океан, чтобы почувствовать себя пятифунтовым золотым слитком, - шепнула Вита менеджеру.
– Странно, что меня не погрузили в инкассаторский фургон.

– Ценности мирового значения всегда перевозили с подобными предосторожностями. "Джоконда", к примеру, путешествует в стальном сейфе, как и виолончель Ростроповича... Наши президенты имели печальный опыт прогулок в открытых автомобилях.
– Хью поморщился, вспомнив известные кадры кинохроники техасской трагедии - Жаклин Кеннеди в розовом костюме, забрызганном кровью мужа.
– Ты ознакомилась со статистикой российской преступности. Я лично чувствовал бы себя спокойней в инкассаторском фургоне.
– Брант откинулся на мягкую спинку, изобразив усталую дрему и предоставив полную свободу слова русскому гиду.

Глава 2.

Зимняя Тверская за дымчатыми окнами не потрясла Виту. Сумрачно, безалаберно, у тротуаров смачно чавкает замешанная на снегу грязь, старые, вроде как заброшенные, дома соседствуют с зеркальными громадами новостроек. А в переулки, разбегающиеся по обе стороны, заглядывать страшно. Но из рассказа гида выяснилось, что российская столица замечательно преобразилась в последние годы, украсив себя витринами отсутствовавших здесь ранее магазинов. Знавшая об экономических бедствиях Советского Союза, Вита только теперь реально осознала, какое страшное лихолетье пережили здешние женщины.

– Не понимаю, во что же одевались москвички? Ведь вы сказали, что зарубежные фирмы и дома моды появились в Москве только после перестройки. Разве в России так сильна собственная индустрия моды?
– Задала вопросы Вита, не оборачиваясь к сидящему сзади гиду-переводчику.

– Наши женщины часто шили для себя сами. И, поверьте, выглядели совсем неплохо, - спокойно заметил переводчик, но Вите померещилось в его тоне осуждение нарочитой невзрачности её туалета. И ещё она подумала, откуда этот русский чиновник заполучил произношение, свойственное американской столичной элите.

Но спрашивать она не стала. Не хотелось переходить на дружеский тон с человеком, столь навязчиво подсунутым русскими в её окружение. Больше в дискуссии с сопровождающим она не вступала, мало прислушиваясь к звучащему за её спиной голосу. Голос, вещавший о достопримечательностях столицы, был нарочито бесцветен, и Вита подумала, что даже не запомнила лица этого мужчины. Ну, что ж, она и сама постаралась выглядеть в этой поездке как можно невзрачней.

Содержимое мини-шкафа на колесиках, сопровождавшего мисс Джордан в путешествиях, на этот раз могло бы принадлежать какой-нибудь строгой даме, отправляющейся на конгресс феминисток, и всеми силами демонстрирующей свою незаинтересованность в мужском внимании. Визажисты Виты отобрали для визита в Москву до смешного скромный гардероб.