Детали Коробов разработал самостоятельно: выбрал на роль подсадных лиц оперативников подходящей комплекции, проследил, чтобы они постриглись под ежик и переоделись в спортивные костюмы фирмы "Адидас", выдал им оружие... Словом, все сделал, как надо, как учили... Однако Никитин, заявившись собственной персоной на базу "Белой стрелы", все переделал по-своему: накачанных ребят с короткими стрижками послал в патруль, выбрал новых - худых и длинноволосых, одел их в пиджаки, белые рубашки и галстуки, оружия не разрешил брать с собой вообще никакого.

Серега Коробов на него даже обиделся и до сих пор от невысказанной обиды чувствовал себя, как перегретый водяной котел с засорившимся клапаном...

***

Знакомый трехсотый "мерседес" с балашихинским Старшиной появился на углу аллеи Большого круга и аллеи Пролетарского входа неожиданно, за десять минут до назначенного срока, и совсем с другого направления, не со стороны шоссе Энтузиастов, как было договорено со Старшиной, а от Круглого пруда. Машина неслась то по пешеходным дорожкам, то по газонам, ломая кусты и круша скамейки.

У Коробова глаза полезли на лоб. Что за херня такая? Что ж они делают, суки? Сейчас же менты сюда слетятся, как воронье! Весь план ликвидации идет к черту - они ж всех живьем похватают!

"Мерседес" выскочил на перекресток аллей, зацепив левым крылом "девятку" с никитинскими подсадными, и газанул дальше в сторону шоссе Энтузиастов...

Коробов растерялся. Он ясно увидел, что за рулем машины сидит Старшина, лицо его в крови, на сиденье рядом с ним уткнулся в лобовое стекло обладатель мощного бритого затылка. Старшина и не взглянул в сторону тех, на встречу с кем ехал - словно их там и не было...

Не успел Коробов толком прийти в себя, как новое явление поразило его не меньше прежнего. Он даже рот приоткрыл, увидев, как по колее, проложенной "мерседесом", одна за другой продрались через кусты две "ауди" и один "форд" и, мелькнув перед носом парализованного от изумления Коробова, устремились к шоссе...

– Коробов, блядина, ты язык в жопу, что ли, засунул?
– услышал он голос Никитина, доносящийся из рации.
– Где Старшина? Почему молчишь?

– Товарищ полковник, - еле выговорил в ответ Коробов.
– У меня тут хрен поймешь, что творится...

– Где Старшина?

– Он едет по шоссе Энтузиастов...

– Куда едет? В Москву?

– Я не знаю...

– Уволю, сука! В дворники пойдешь...

– Он ранен...

– Что ты сказал? Вы его упустили?!

– Это не мы, товарищ полковник. Он мимо нас не глядя пролетел.

– А вы и рты пораскрывали?!

– Никитин, за Старшиной погоня!

– Какая погоня? Ты же не знаешь, мать твою, в какую сторону он едет!

– Это не мы, Никитин. Три иномарки - "форд" и две "ауди".

– Что же ты стоишь, со мной языком треплешь, сука? Догони, выясни!

Коробов рванулся к машине.

– Давай, догоняй их!
– завопил он шоферу.

– Ты бы еще поближе к вечеру их собрался догонять, - буркнул тот себе под нос и с места включил третью скорость.

Они помчались к шоссе. Но там, естественно, давно уже и след простыл не только Старшины на "мерседесе", но и гнавшихся за ним иномарок... Вылетев на перекресток, Коробов заорал водителю: "Стой!" - выскочил из машины и начал приставать с расспросами к лоточникам, торговавшим у станции метро "Шоссе Энтузиастов". Кто-то видел "мерседес", выехавший из Измайловского парка с большой скоростью, кто-то обратил внимание на "ауди", а вот "форда" никто не заметил. Одни утверждали, что "мерседес" направился к Московской кольцевой дороге, другие - что тот уехал в сторону центра...

Коробов чувствовал себя как тот голодный осел, который оказался точно посередине между двумя одинаковыми копнами сена и не в силах был сделать выбор. Осел, как известно, умер от голода. Неизвестно, что ожидало бы Сергея Коробова, но тут вовремя подключился Никитин и в своей весьма экспрессивной манере быстро вывел того из ступора:

– ...Ищи, куда они делись! Они где-то там, в твоем районе. Гаишники на кольцевой говорят, что белый "мерседес" с окровавленным водителем мимо них не проскакивал. Прошла одна "ауди", они ее остановили, обыскали, но не нашли ничего подозрительного и вынуждены были отпустить. На площади Рогожской заставы их тоже не было. Ищи, Коробов! Мне надо знать, кто нам дорогу перешел...

***

...Лишь к вечеру Коробову удалось разыскать следы "мерседеса", затем саму машину, а вскоре и Старшину. Он доложил об этом Никитину. Шел уже второй час ночи, но Никитин немедленно собрал совещание в малом составе: Коробов, аналитик Герасимов и сам Никитин.

– Что там у тебя, докладывай, - хмуро обратился он к Коробову. Не нравилось ему это дурацкое происшествие. Очень не нравилось.

– Нам удалось установить, что на Старшину было совершено нападение как раз в то время, когда он ехал на встречу с нами. Неизвестный обманом или силой, точно установить не удалось, заставил Старшину остановиться на повороте с шоссе Энтузиастов на главную аллею Измайловского парка. По его приказу трое из находившихся в "мерседесе", включая Старшину, вылезли из машины, четвертый пытался вытащить пистолет, но был застрелен на месте. Два помощника Старшины пытались бежать и были убиты неизвестным. Стреляет он исключительно метко... В тот момент, - продолжал Коробов, - когда Старшина, как приказал неизвестный, стоял, положив руки на капот машины и широко расставив ноги, джип, подъехавший на большой скорости, свернул на главную аллею. Неизвестный, как утверждают свидетели, выстрелами от бедра, пробил колесо джипу и голову водителя. Джип врезался в дерево и загорелся. Выскочившего из него человека неизвестный также застрелил. Он забрал оружие убитого, заставил Старшину сесть за руль "мерседеса", а сам нырнул на заднее сиденье. Машина на большой скорости направилась в глубь парка, а через одну-две минуты вслед за ней, свернув с шоссе, устремились три иномарки - те самые, которые мы тоже видели. По сообщению очевидца - местного алкоголика, собиравшего ландыши для продажи, неизвестный особых примет не имеет, роста и телосложения среднего, черты лица правильные, стрижка короткая...