– Ладно. Всем флотилиям, кроме флотилии Петры, – заговорил Эндер, – идти прямо вниз на предельной скорости. Применить «Маленького Доктора» против самой планеты. Тяните до самой последней секунды. Петра, прикрой их как сможешь.

Командиры флотилий, в том числе Боб, продублировали приказ Эндера своим подразделениям. Больше делать было нечего. Сиди и наблюдай. Каждый корабль теперь действовал самостоятельно.

Только теперь противник осознал, что же происходит в действительности, и кинулся уничтожать камнем падающие вниз корабли землян. Эсминец за эсминцем гибли под залпами быстроходных кораблей жукеров. Лишь нескольким удалось достигнуть атмосферы планеты.

«Держитесь, – думал Боб. – Держитесь, пока можете».

Корабли, которые вошли в атмосферу планеты первыми, видели, как сгорают в ней выпущенные снаряды «Доктора», а потом загорелись сами. За ними сгорели и несколько эсминцев, даже не применивших оружия.

Остались только два эсминца. Один из них был из флотилии Боба.

– Не запускай его! – крикнул Боб в микрофон. – Пусть сработает прямо внутри корабля! И да благословит вас Бог!

Боб так и не узнал, какой эсминец – его эскадры или другой – исполнил приказ. Он видел только, как оба корабля исчезли с дисплея, так и не выстрелив. А затем поверхность планеты вздулась пузырем. Взметнулся гигантский язык пламени, похожий на извержение вулкана, слизнув с неба последние оставшиеся неповрежденными корабли землян. Это были корабли Петры, и люди на них – если еще были живы – могли видеть приближающуюся к ним смерть. Или победу, что было одно и то же.

Имитатор демонстрировал чудовищную картину: взорвавшаяся планета перемалывала бесчисленные флотилии жукеров, поглощая их в цепной реакции. Но еще задолго до того, как сгорел последний корабль жукеров, их маневрирование прекратилось. Флотилии противника были уничтожены и просто дрейфовали, подобно кораблям жукеров на видеозаписях эпохи Второго вторжения. Их королева-матка погибла на самой планете. Гибель остальных судов – чистая формальность. Все жукеры умерли гораздо раньше вместе со своей королевой.

Боб появился в туннеле и увидел, что остальные ребята уже собрались там и живо обсуждают эффект взрыва планеты. Спор шел вокруг вопроса о том, может ли подобная вещь произойти в реальной жизни.

– Да, – сказал Боб. – Такое вполне возможно.

– Да ты-то откуда знаешь? – расхохотался Муха Моло.

– Конечно знаю, – ответил Боб. – Это уже случилось на самом деле.

Они уставились на Боба, ничего не понимая.

– Когда случилось? Я ничего такого не слыхал. Где могли применить такое оружие? На какой планете? А, знаю… на Нептуне, конечно.

– Это произошло только что, – сказал Боб. – На родной планете жукеров. Мы ее только что взорвали. И все жукеры погибли.

Только теперь ребята поняли, что Боб вовсе не шутит. Последовали яростные возражения. Пришлось объяснить им кое-что о связи, работающей на скорости больше скорости света. Они все еще не верили.

Тут в разговор вмешался новый голос:

– Такая связь называется «ансибль».

Все подняли глаза и увидели полковника Граффа, который стоял в туннеле в нескольких шагах от них.

Неужели Боб прав? Неужели битва была настоящая?

– Все было настоящим, – сказал Боб. – Все так называемые тесты были настоящими битвами. И настоящими победами. Верно ведь, полковник Графф? Мы все время воевали с реальным противником.

– Все позади, – сказал Графф. – Род человеческий уцелел. Жукеров больше нет.

Теперь ребята поверили. Сообщение их поразило. Все кончено. Они победили. Это была не тренировка. Они были настоящими командирами флотилий.

И вдруг пришло тревожное молчание.

– Значит, они все погибли? – спросила Петра.

Боб кивнул.

Она вопросительно поглядела на Граффа.

– Сейчас мы получаем доклады. Всякая разумная жизнь на планетах жукеров прекратила существование. Вероятно, они вывезли на центральную планету всех маток. Матка погибает – гибнут жукеры. Врагов не осталось.

Петра стала рыдать, уткнувшись лицом в стену туннеля.

Боб хотел успокоить ее, но Динк был уже рядом. Динк был друг, он обнял Петру и попытался утешить.

Как-то сразу повзрослев, ребята двинулись к своей казарме. Петра была отнюдь не одна, кто плакал. Только неясно, чем вызваны были эти слезы – то ли горем, то ли облегчением.

Боб не вернулся к себе, возможно, потому, что для него правда не стала шоком. Он остался в туннеле с Граффом.

– Как перенес эту новость Эндер?

– Плохо, – ответил полковник. – Надо было сделать это более осторожно, но скрыть было трудно. Это же все же, что ни говори, победа.

– Итак, полковник, вы все-таки выиграли все ваши игры, – сказал Боб.

– Мне известно все, что с вами происходило, Боб, – отозвался Графф. – Почему ты так и не перехватил у него управление? Откуда ты знал, что у Эндера есть разработанный план кампании?