— Моя роль, как я это понимаю, заключалась в том, чтобы я, как объективный наблюдатель, возбудил к этому делу интерес официальных лиц, — закончил Дикон. — Однако теперь все изменилось. Аманда взволнована, поскольку испугалась Барри, который увидел ее вместе с Найджелом де Врие. А она не может позволить, чтобы кто-то засомневался в их полном разрыве еще много лет назад.

Харрисону такие аргументы показались достаточно убедительными. Он попросил на время у Майкла фотографию Билли Блейка и молодого Джеймса Стритера.

— Какова будет ее реакция, когда я выложу перед ней оба снимка, как вы считаете? — поинтересовался детектив, пряча фотографии в карман пальто.

Дикон неуверенно покачал головой.

— Понятия не имею, — честно признался он, вспомнив, как больно врезались ее ногти в его плоть, когда он сам попробовал намекнуть ей на этот же факт.

— Почему ты не рассказал мистеру Харрисону, что Билли — это тот самый Фентон? — набросился на Майкла Терри, когда сержант ушел.

— Ты знаешь, что такое сенсация?

— Да.

— Вот поэтому я и промолчал.

— Да, но вместо этого ты загрузил его всякой чепухой. То есть, Аманда же не такая дура, правда? Она прекрасно понимает, что не так-то просто добиться того, чтобы Джеймса официально объявили умершим. Легавым для этого потребуется гораздо больше доказательств, чем пара не вполне убедительных снимков.

Дикон оскалился:

— Когда я выдвинул ей эту версию, она почему-то назвала меня умницей.

— Она тебе нравится?

— С чего ты взял?

— Ну, а с какой стати ты тогда вырубился у нее на диване?

Дикон почесал подбородок.

— У нее такие же яркие голубые глаза, как у моей матери, — задумчиво произнес он. — И меня одолела ностальгия по родному дому.

Прежде чем отправиться в дом миссис Пауэлл, Харрисон заскочил в участок. Выяснив, что ничего нового в его отсутствие не произошло, он сразу же связался по телефону с коллегой Даттоном в Кенте. Проинформирована ли миссис Пауэлл о том, что Барри Гровер был отпущен из полиции? Да. Какую еще информацию о нем Даттон сообщил ей? Полное подробное описание. При этом Даттон пояснил, где и когда он рассказал о Барри Аманде. Полицейский был обеспокоен, не нарушил ли он при этом какие-нибудь распоряжения. Но на сообщении, посланном по факсу, не стояло никаких отметок о конфиденциальности передаваемого текста. А миссис Пауэлл вполне резонно потребовала предоставить описание этого человека, чтобы, в случае чего, опознать его.

Когда Харрисон подъезжал к дому Аманды, его гнев уже успел достаточно разгореться.

Дверь ему открыла все та же сотрудница полиции, которая на всякий случай оставалась с миссис Пауэлл вплоть до возвращения сержанта.

— Где она? — с порога начал Харрисон, проходя мимо коллеги в дом.

— В гостиной.

— Прекрасно. Теперь мне нужен свидетель. А ты, пожалуйста, все подробно записывай. И если тебе придет в голову хоть глазом моргнуть, когда я буду задавать вопросы, то предупреждаю сразу: лучше этого не делай. Надеюсь, понятно? — Он плечом толкнул дверь в гостиную и сразу же плюхнулся на диван лицом к Аманде.

— Вы лгали мне, миссис Пауэлл, — без предисловий начал он.

Аманда отпрянула от него.

— Все-таки в этом доме вчера был мужчина.

Женщина наклонилась вперед и принялась перебирать розовые лепестки своими длинными пальцами.

— Вы абсолютно не правы, сержант. Я была одна.

Но Харрисон словно не слышал ее:

— Нам удалось идентифицировать вашего… — он постарался выбрать более нейтральное слово, — …компаньона. Это Найджел де Врие. Вы считаете, что он тоже станет отрицать свое присутствие в вашем доме?

Что-то изменилось в ее взгляде, и он почувствовал, как остатки гнева снова возгораются в его душе. Аманда внезапно напомнила ему строптивую сиамскую кошку, которая когда-то жила у его бабушки. Пока ее никто не трогал, она казалась очень красивой, но если животное пытались погладить, кошка шипела и начинала царапаться. Когда однажды эта зверюга оставила на лице бабушки глубокие следы от когтей, пожилой женщине пришлось избавиться от своей любимицы. «Красота заключается не только во внешности», — изрекла тогда бабуля, ничуть не сожалея о кошке.

— Думаю, что да, — заметила Аманда.

— Когда вы видели его последний раз?

— Не помню. Это было так давно, что я могу ошибиться.

— До того, как исчез ваш муж, или уже позже?

— До того. — Она пожала плечами. — Задолго.

— Если я спрошу его подругу, где он пропадал прошлой ночью, она, как вы уверяете, подтвердит, что он был дома?

Женщина облизала пересохшие губы:

— Понятия не имею.

— А ведь мне придется спросить ее, миссис Пауэлл. И тогда она поинтересуется, почему я задаю такие вопросы.