— Перестань! — бросил Терри, занявшись набиванием «косяка». — Откуда ему было знать, что туда легавые нагрянут? Ну, говори, Барри, кто был Билли на самом деле? Я что-то слышал о нем?

Барри посмотрел на Дикона, и в этот момент влажные глаза лаборанта засветились благодарностью.

— Вряд ли, — ответил он. — Он исчез из поля зрения родственников и друзей, когда тебе было всего семь лет. — Барри снял очки и принялся полировать стекла. — Значит, ты уже видел фотографию? — поинтересовался он у Майкла. — И ты считаешь, что это Билли?

— Да.

— Но я не далее как вчера показывал тебе другой снимок этого же человека, и ты на нем даже не задержался.

Дикон достал из ящика стола нож внушительных размеров и попытался удержать его в равновесии, уперев ручку в середину ладони.

— А я ведь не шутил, когда сказал, что голову тебе оторву, — напомнил он. — Так что, давай, выкладывай побыстрее, кто он такой, прежде чем мы с Терри примемся за тебя.

Сотрудница полиции сочувственно обняла за плечи рыдающую Аманду и с укором посмотрела на Харрисона:

— Не обманывайте самого себя, сержант. Вы же проглотили приманку этого паразита вместе с леской и поплавком. Ведь он заявил, что наблюдал, как миссис Пауэлл занимается любовью прямо на ковре, и вы поверили ему. Но тому надо было же что-то придумать. Для любого извращенца полуодетая или обнаженная женщина в своем собственном доме всегда будет служить оправданием любого поступка. «Тут не моя вина, начальник, дескать, сама женщина виновата, раз шторы не задернула. Она, мол, видела меня, и ей самой захотелось немного меня подразнить». Господи, как это все примитивно звучит! — Женщина была возмущена. — Мне уже надоело слушать, как мужчины ищут оправдания своим поступкам, да еще умудряются при этом опозорить женщину. Да и какая разница, занималась Аманда в ту ночь любовью или нет? Это не причина для всяких идиотов начинать мастурбировать, поглядывая на фотографию.

Харрисон поднял руки вверх, признавая свое поражение:

— Согласен. Только не надо больше ничего говорить. Я полностью согласен. — Он закрыл глаза. — Я просто пытался сопоставить факты, и мне очень жаль, если я сумел каким-то образом обидеть Аманду. — Когда мужчина оказывается зажатым меж двух огней, он готов пойти на любое соглашение.

Дикон внимательно изучил всю информацию о Питере Фентоне, имевшуюся у Гровера, вплоть до статьи Анны Каттрелл. Затем положил подбородок на ладони и в отчаянии уставился на книгу «Неразгаданные тайны двадцатого века».

— Все сходится. Вот тут указаны сотни причин, по которым человек имеет право скрыться и мучить себя весь остаток жизни. Только теперь я ни черта не понимаю, зачем ему понадобилось выбрать гараж Аманды и там скончаться! — Его собственная подборка документов лежала тут же, на столе. Майкл подвинул к себе газетную вырезку о Найджеле де Врие. — Почему его должна была взволновать эта информация? Где вообще прослеживается связь между историями Стритера и Фентона?

— Может быть, ее вообще не существует, — высказал свое предположение Барри. — Ты только выдвинул гипотезу, что Билли прочитал именно эту статью, прежде чем покинул склад, потому что ты искал какую-то закономерность в его поступках. Я много раз задавался вопросом: зачем понадобилось миссис Пауэлл рассказывать тебе историю Билли, если она боялась, что ты сможешь раскопать что-то такое, чего бы ей не хотелось. — Он положил фотографию Билли рядом со снимком молодого Джеймса Стритера. — Внешне эти двое похожи друг на друга, но только компьютер может доказать, что это не одно и то же лицо. — Он виновато улыбнулся. — Возможно, правда даже еще более загадочна, чем вымысел, Майк.

Терри задумчиво курил свой «косяк». Дикон и Барри отказались, решив вместо этого выпить вина. Внезапно мальчишка заговорил, окруженный облаком голубоватого дыма:

— Это чушь собачья, друзья мои. Вы начинаете высасывать теории из пальца.

— А каково твое мнение?

— Давайте разберемся. Что происходит с женщиной, если муж бросает ее на произвол судьбы, а сам скрывается, прихватив всю добычу? Она после этого не может чувствовать себя королевой.

— Эта особа может, — так же задумчиво откликнулся Дикон. — И даже не пытается скрывать прошлого.

— Ну вот, видишь, — невнятно произнес Терри, уже не совсем понимая, что только что сказал Майкл.

— Ну, и что?

— Выходит, ей повезло. То есть ее это не напрягает. Значит, она вовсе не слабачка. — Он попытался подыскать более доходчивые слова. — То есть она сумела достойно выйти из положения. Вот дерьмо! — обозлился он, глядя на недоуменные лица Барри и Дикона. — Вы что же, вообще ни во что не врубаетесь?

— Мы бы с удовольствием «врубились», если бы ты выражался более понятным языком, — сухо заметил Майкл. — Человечество не для того мучилось веками, оттачивая чистоту речи, чтобы свести ее к серии неразборчивых проглоченных слогов и слов-паразитов, которые не передают никакой информации. Сначала оформи свою мысль, а когда будешь готов, выскажи ее вслух.

— Господи, да ты иногда бываешь таким омерзительным, как какой-то сутенер, честное слово, — обиделся Терри, не собираясь, однако, приводить свои мысли в порядок. — Ну, ладно. Попробуем еще раз. Даже когда Билли напивался, он делал все по каким-то своим причинам. Может быть, это были не совсем хорошие причины, но они существовали, тем не менее. Теперь понятно?

Оба мужчины одновременно кивнули.

— Прекрасно. Пойдем дальше. Аманда чудесно существует одна, несмотря на то, что ее муж преступник и бросил ее. Выходит, она вовсе не глупа. Это тоже понятно?