– Меня еще в детстве приучили не идти против очевидных фактов, Клим, вздохнул инженер.
– Видишь ли, мой старший брат был очень строгим воспитателем. Когда я начинал говорить о черном, что оно бело, он иной раз поколачивал меня. Так что я соглашаюсь - санаторий. Но если это так, совсем непонятно, зачем нас туда посылают?

– Может быть, база хочет, чтобы немного отдохнули и развлеклись? пошутил Клим.

– И для этого шли на разгоне? Нет, тут что-то другое. Скорее всего что-нибудь стряслось на станции.

– В этом доме отдыха?

Кронин неопределенно пожал плечами.

– Санаторий, дом отдыха - это понятия растяжимые. Человек может заболеть, зачахнуть с тоски, влюбиться, поссориться даже на родной матушке-земле. А что говорить о не обжитых еще планетах? Потерпи, скоро вернется с лонг-связи Иван, и мы все узнаем.

В ходовую рубку вошел Лобов.

– Какие новости?
– живо спросил Клим.

– И как прошел сеанс?
– добавил Кронин, ревниво заботившийся об исправности всей корабельной аппаратуры.

– Отлично, - коротко ответил Лобов и усмехнулся: - С Орнитеррой познакомились?

– Само собой, познакомились! Не тяни, бога ради!
– умоляюще сказал Клим.

Кронин меланхолически пояснил:

– Я имел счастье выслушать не только полный текст лоции об Орнитерре, но и восторженные комментарии Клима.

– Я так и думал, - Лобов помолчал и сказал уже без улыбки: - А случилось вот что. На Орнитерре без вести пропали планетолог Виктор Антонов и биолог Лена Зим, весь состав станции. Пока ничего трагичного, просто он не вышли на связь ни в основной, ни в резервные сроки. Ну и, как полагается по инструкции, база вызвала ближайший патрульный корабль.

– И никаких подробностей?

– Кое-что есть. Лена и Виктор совсем зеленые ребята, стажеры-студенты, проходящие выпускную практику. К тому же, по всем данным, влюблены друг в друга. Их послали-то вместе только по настойчивой обоюдной просьбе. Между прочим, мне демонстрировали их снимки. Хорошие ребята.

– И Лена хорошая?
– не без лукавства спросил Клим.

Лобов мельком взглянул на него:

– Я же сказал.

Кронин положил Климу на плечо свою большую сухую руку:

– Можешь быть спокоен, Клим. Уж если Иван говорит про девушку, что она хорошая, стало быть, она настоящая красавица.

– Ну если красавица, так все ясно, - безапелляционно заявил Клим. Парень совсем потерял голову, утащил бедную девушку на романтическую прогулку в синие заросли, где они, как и полагается влюбленным, благополучно заблудились.

– Посылать влюбленных детей на неосвоенную планету!
– пробормотал Кронин.
– Какое легкомыслие!

– На базе уже каются, - хмуро сказал Лобов, - но всех успокаивает то, что Орнитерра практически совершенно безопасна. Между прочим, голодная смерть им не грозит. Лена обнаружила, что многие плоды Орнитерры вполне съедобны, и подтвердила это серией опытов на себе.

– А они там времени не теряли!
– удивился штурман.

– Я же говорю - хорошие ребята, - в голосе Лобова прозвучала толика раздражения, - у обоих прекрасные отзывы из института. Поэтому-то им и разрешили вместе лететь на Орнитерру.

– Но любовь есть любовь, - засмеялся Клим, - она не только возвышает людей, но и заставляет их делать глупости. Все мы прошли через это!

– Не надо мерить всех на свой аршин, - наставительно сказал Кронин, люди, особенно молодые, гораздо лучше, чем это тебе представляется.

– Конечно, не каждому дано стать Ромео.

– Ромео, - Алексей покачал головой и вздохнул, - кто такие Ромео и Джульетта? Бедные чувственные дети со слаборазвитым интеллектом.

– Не кощунствуй!

– Разве я виноват, что наши предки любили обожествлять свои инстинкты? Нет, я уверен, Лена и Виктор - не Ромео и Джульетта, а вполне современные люди. Сильно сомневаюсь, чтобы они так ошалели от любви, что забыли и о делах, и о собственной безопасности. Надо искать другую, более вескую причину.

– Так уж сразу и причину!
– запротестовал Клим.
– Ты скажи, хотя бы намек, самую маленькую зацепочку!

– Зацепочка есть, - хладнокровно сказал Лобов. Ждан и Кронин дружно повернули к нему головы.
– База просила обратить внимание на отсутствие крупных хищников на Орнитерре, - пояснил Иван.
– Обычно ведь устанавливается определенный баланс между хищниками и растительноядными, а на Орнитерре он нарушен. Там встречаются копытные с зубра величиной, а самый крупный хищник - не больше зайца. Да и таких немного.