Василий Михайлович, выждав паузу (это его манера - выждать какую-нибудь минуту после замечания), едва заметным движением правой руки поправил седую реденькую полоску волос, прикрывавшую лысину, и продолжал:

–  Кому-кому, а вам известно, что процент успеваемости в Малопобеянской школе по сравнению с таким же периодом прошлого года снизился, я бы даже сказал, резко снизился. Дошло до того, что под угрозой оказались итоговые оценки! - Он снова переждал минуту. - Это безобразие! Только за последние дни один английский язык дал школе, - заглянул в бумаги, - шесть двоек. Шесть двоек! За три дня... Если пойдет так дальше, то до конца четверти молодой наш коллега исчерпает лимит всех учителей... Должно быть, Дмитрий Павлович не знаком с современными требованиями... Наверно, Дмитрий Павлович забыл, что педагогические способности учителя, его возможности характеризует прежде всего успеваемость...

–  А не оценка в журнале, - несколько стыдливо и одновременно с вызовом прервал директора Скопик.

Директор пожал плечами. Выдержав едва ли не самую продолжительную из всех своих пауз, он громко высморкался в беленький, старательно обметанный голубой ниточкой платочек и пронзительно взглянул на Скопика. Директору больше всего не хотелось сейчас дискуссии, потому что знал, сколько времени, нервов и сердца надо истратить - как они этого не понимают! - на пустопорожнюю говорильню. А время у него на вес золота.

Дмитрий Павлович даже посерел под директорским взглядом. Только уши горели, словно предзакатное солнце. Вздохнул тяжко и еще ниже опустил голову. Увял, сник. А за его широкими плечами сидела беленькая, нежная Нина Кетлинова, и он до мороза под кожей почувствовал на затылке ее подбадривающий и восторженный взгляд. Только вчера Дмитрий Павлович признался ей в любви, Нина ответила ему взаимностью, они до рассвета бродили темными малопобеянскими улицами, взявшись за руки. Говорили обо всем на свете и очень придирчиво - о Василии Михайловиче и его "методах".

–  Скажите, Дмитрий Павлович, - услышал Скопик директорский голос, - до института вы учительствовали?

–  Нет.

–  Нет. Значит, второй год...

–  Еще имел практику.

–  Еще имел практику! - повторил Василий Михайлович. - Он еще имел практику! А я практики не имею... Никита Яковлевич практики не имеет... Ирина Николаевна практики не имеет... - Он помолчал, подчеркивая тем самым значимость своих слов. - Вы, молодые, очень самовлюбленные!

–  Но я ничего подобного не говорил...

–  Я еще раз повторяю, что педагогические возможности учителя характеризует прежде всего успеваемость его учеников, которая выражается в оценках, Дмитрий Павлович! Простое дело - оценить школьника. Но здесь надо уметь найти правильный подход к ребенку, уметь, - директор взглянул на потолок, - уметь лелеять в его душе огонек жажды познания! В своей педагогической практике я имею бесчисленное количество красноречивых примеров... Скажем, когда-то в течение четырех лет в начальных классах я не ставил неудовлетворительных отметок. Я оценивал умственную работу ребенка только тогда, когда она давала ему позитивные результаты...

Дмитрий Павлович оживился, заерзал на стуле и снова, на удивление коллегам, вмешался:

–  Об этом самом рассказывает Сухомлинский...

–  Очень верно! Читал, знаю. Кстати, с Василием Александровичем я встречался не один раз... А вам, Дмитрий Павлович, посоветовал бы не перебивать старших, такое поведение ничего хорошего не прибавит вам, а только убедит присутствующих в вашей невоспитанности...

–  Я тоже удивляюсь, Дмитрий Павлович, - заметила Ирина Николаевна. - Вы сегодня чрезмерно активны. Не пойму, что вас вдохновляет...

Скопик покраснел, и Нина Кетлинова тоже покраснела.

Директор говорил почти час. После него выступили классные руководители, выступили очень кратко. Потом слова попросила Ирина Николаевна.

–  Я кратко, потому что наше время поистине золотое и расточать его на пустословье мы просто не имеем права. А вообще, Василий Михайлович, в том, что в журналах появляется больше двоек, нежели вами запланировано, виноваты не только учителя, но и ученики...

–  Святая правда! - засмеялся Иван Иванович.

Ирина Николаевна не обратила никакого внимания на его реплику.

–  Не хотят они учиться, не желают получать "хорошо" и "отлично". Их полностью устраивает "удовлетворительно". Но если взять наше нынешнее "удовлетворительно", то не тайна, что это "удовлетворительно" особенное, обусловленное целым рядом требований к школе, к нам, учителям...

–  Компромиссное "удовлетворительно", короче говоря, - снова с улыбкой заметил Иван Иванович и заслужил недовольный взгляд директора.

–  А я вообще не признаю такой тройки! Не хочу ее признавать! выкрикнул Дмитрий Павлович.