Шрифт:
На протяжении всего завтрака разговор шел о городских делах — о мусорщиках, о фонарщиках и об уличных фонарях, о тротуарах. Когда трапеза окончилась, Ноа понял, что они с Сарой говорили почти одни, все прочие только слушали, кивали головами и изредка мычали что-то; и еще он понял, что за прошедшие тридцать с лишним минут он и мисс Меррит приблизились к тому, что может быть названо взаимной симпатией.
Глава 7
Следующий выпуск «Дедвуд кроникл» состоял уже из двух страниц. На первой выделялись такие заголовки:
ИЗДАТЕЛЬ «КРОНИКЛ» ЗАКЛЮЧЕН В ТЮРЬМУ И ОШТРАФОВАН; СБОРНИКИ ЗАКОНОВ И КОДЕКСОВ СКОРО ПОСТУПЯТ В ДЕДВУД; НЕОБХОДИМО ПОСТРОИТЬ ДРОБИЛКУ; РЕДКИЕ ЖИВОТНЫЕ — БИЗОН, ОЛЕНЬ, ЛОСЬ — УХОДЯТ НА ЗАПАД; ФАБРИКА ПИВА ОТКРЫВАЕТСЯ В ЭЛИЗАБЕТТАУНЕ;
«ГОЛЛАНДСКИЕ ВЛЮБЛЕННЫЕ» В ТЕАТРЕ «БЕЛЛА ЮНИОН»; «МУХИ В СОРНЯКАХ», ПРЕДСТАВЛЕННЫЕ ТРУППОЙ ЛЕНГРИША, ВЫЗЫВАЮТ ИНТЕРЕС…»
На второй странице была напечатана реклама Элиаса Пинкни, а также отчет Сары о заседании городского Совета и ее же статья о необходимости открытия в городе школы. В статье, помимо прочего, прямо говорилось, что если золотой ручей, который течет в публичные дома «плохого» квартала, перекрыть и направить по иному руслу, то можно быстро обеспечить строительство и школы, и церкви. Автор предлагал, чтобы все дети школьного возраста зарегистрировались в редакции газеты.
У самой редакции прибавилось дел. В помещение то и дело приходили торговцы, желающие дать объявления. Матери записывали детей в будущую школу. Старатели сообщали о своих перспективах и надеждах. И все покупали при этом один, а то и больше экземпляров газеты…
Октябрь начался с непогоды. В один из первых дней месяца, когда совсем не ко времени пошел снег, Сара, выйдя из помещения редакции, увидела у крыльца незнакомого всадника, сидящего на пегой лошади. Он натянул поводья и произнес, дрожа всем телом и клонясь к лошадиной шее:
— Врача… мэм… Мне нужен врач.
— У нас их семеро в городе, — отвечала она. — Поедете по этой улице, слева — палатки доктора Ратберна и доктора Аллена. За углом направо — палатка доктора Кайса. Подальше, тоже справа, — Бенгс и Доусон.
Она не стала называть еще двух, которые жили намного дальше.
— Сумеете добраться до них, сэр? — добавила она видя, что незнакомец еле держится в седле.
— Да, спасибо, — пробормотал он и, вцепившись рукою в луну седла, тронул коня.
Сара проследила взглядом, как он свернул к жилищу доктора Генри Кайса.
Позднее она зашла к врачу, поинтересовалась, не ранен ли был этот незнакомый человек, и если да, то при каких обстоятельствах. Возможно, налет на почтовый дилижанс?
Доктор Кайс ответил:
— Это карточный игрок из Шайенна. Его имя Креймд. У него серьезное легочное заболевание, осложненное ножной сыпью. Наверное, смена погоды застала его по дороге из Шайенна, и он основательно простудился. Я велел ему лечь в постель. По-моему, он поехал в гостиницу Кастора…
Тремя днями позже простудные и кожные явления у больного усилились, а неделю спустя еще пять случаев подобной болезни объявились в городе. Трое из заболевших были постояльцами гостиницы Кастора. У всех отмечалась лихорадка и сыпь на коже…
В газете у Сары появился заголовок: «ЗАРАЗНА ЛИ ЭТА БОЛЕЗНЬ?»
А потом Креймд умер.
Сара решила: надо действовать. Это совпало с тем, что, придя утром на работу, Джош сказал ей, что его сестра Летти заболела еще со вчерашнего вечера. Ее сильно лихорадит.
Сара сразу отправилась в контору к Кемпбеллу и застала того за разговором с бородатым крупным мужчиной, в котором узнала местного кузнеца Фрэнка Гилпина. (Похоже, они говорили о решетках и засовах для будущей тюрьмы.)
Увидев Сару, Гилпин заулыбался и приподнял бесформенную шляпу. Кемпбелл встал со своего места.
— Ищете что-нибудь новенькое уже с самого утра? — спросил он.
— Могу я с вами поговорить, шериф, когда освободитесь?
— Конечно… Знакомы с Фрэнком?
Тот подошел ближе, распространяя запах одеколона.
— Молодая леди делает газету? Приятно познакомиться с вами. Мы все прочитали, что вы там пишете про тюрьму и Ноа… вот… позвал меня. Как раз подсчитывали, сколько металлических прутьев понадобится и раскошелятся ли старатели, чтобы оплатить все эти штуки.
Сара улыбнулась и кивнула, но думала она сейчас совсем о другом, не о решетках.
— Ну я пошел, — сказал Гилпин. — У вас тут свои дела. Ноа, только скажи мне, и я сделаю их за три-четыре дня. Идет?
Он добавил что-то похожее на слова прощания и вышел.
— Скоро будет настоящая тюрьма? — спросила Сара.
— Надеюсь, после нового заседания Совета в ноябре. Мы подсчитали расходы. Вы поэтому пришли?
— Нет. Совсем по другому поводу. Скажите, шериф, что вы знаете о болезни, которая называется оспой?