Нет, не надо было думать об этом. О чем угодно можно размышлять в те упоительные секунды, когда штурвал, точно живой, подрагивает в руках, только не об этом. Вновь накатило головокружение и тишина. Падение бешеный землеворот все ближе, ближе. И, словно наяву, услыхал Элл Вайрин голос своего последнего капитана, почему-то произносящий совсем чужие слова: "От звезд можно убежать, но от себя - нет". Неужели он так и не простил, что каньон не назвали его именем...
Мириады огней, яростных, сверкающих, милосердно лишенных жалости к мелким человеческим слабостишкам, вспыхнули перед глазами пилота, и, отгорев, погасли.
