Цепочки следов петляли и перекрещивались, оплетая паутиной громоздкую треногу бура. Леки и Рром возились с сейсмическим датчиком, Вайн Гирикин спокойно, в точном соответствии с инструкцией, устанавливал клыкастые полусферы алмазных коронок.

– Пилот Вайрин! Связь с кораблем налажена?

– Нет, и еще час не будет, - мрачно ответил Элл. Ему это не нравилось. Всегда раньше он работал под прикрытием радиосвязи. Но "Армир" сейчас находится ниже линии горизонта.

– Хорошо, - Вайн проверил крепления треноги.
– Датчики поставлены? Начинаем!

Вращаясь, колонна бура начала уходить в зернистый изжелта-коричневый хондрит. Элл нагнулся, потрогал поверхность - порода искрашивалась под пальцами в россыпь стеклянных капель.

– Не отвлекайтесь, пилот, - в голосе Вайна Гирикина слышалась насмешка.
– Решили сувенир привезти?

Элл неслышно выругался. Сувенир. Вон тот валун возьму... какой валун? Откуда он взялся? Подойти? Да ну его... Хватит с меня на сегодня капитана Гирикина. Хочу забраться в гроб каюты, накрыться саваном, и чтобы покой...

Валун резко скользнул по поверхности, точно галька по льду.

– Берегись!
– вскрикнул Элл, поднимая лазер-автомат.

– Да что...
– Рром разогнулся, поворачиваясь к катеру. Элл дал очередь, иссиня-фиолетовые вспышки распороли воздух, но валун метнулся в сторону, остановился на мгновение, и вдруг ринулся прямо на треногу.

– Берегись!
– Элл кинулся вперед, уже зная, что не успеет. Бугристая туша походя смела одну из опор и со всего размаху налетела на Ррома, подмяв его под себя. Элл, дрожа от страха и омерзения, выпускал заряд за зарядом, заставляя существо пульсировать, топорщить угловатые пластины, из-под которых выглядывали черные капли чего-то, что могло быть глазами.

Наконец чудовище замерло. Элл затравлено огляделся. Как же жутко здесь - почему я не заметил этого? Сиреневое мерцание над трещиной жадно переливалось, ускользая от взора. Бур покосился, из скважины медленно вытекала желтая сукровица, застывая наплывами.

– Помогите мне, - Вайн уже пытался снять враз окаменевшую тушу с раздавленных обломков скафандра. Только втроем они смогли освободить тело товарища.

"А я совсем его не знал", некстати подумалось Эллу. "Как его фамилия - Фрок? Уже забыл.".

– И возьмите пробы тканей, - распорядился Вайн.
– Жаль, всю не увезти.

Гостиница в Герате не отличалась отменным сервисом, однако все недостатки с лихвой искупались великолепным видом на прославленные водопады. Стена белой пены перегораживала ущелье, точно занавесь: казалось, отодвинь ее - и там, за водопадом, тебе откроется...

Элл распахнул занавеску, Эйела взвизгнула и плеснула в него водой. Пилот только встряхнулся. Все равно высохнет в пять минут. Конец лета, лучшее время для туристов.

– Слушай, мы когда-нибудь выберемся к водопаду?
– спросил он. Отпуск кончается, а мы там так и не были.

Эйела снова окатила его водой и выключила душ.

– Что он тебе так дался?
– недоуменно спросила она. Элл пожал плечами.

– Красиво.

– А чем тут хуже?
– Эйела повела рукой, словно обнимая и номер, и отель, окруженный вечнозелеными тиррэйе, и весь курорт.

Элл промолчал. Как можно объяснить бесконечную притягательность текучей воды тому, кто никогда не видел вакуумных пустынь Маранны? Все равно, что вернуться домой после долгой, очень долгой разлуки.

– Ты меня вытащил из душа только за этим?
– лукаво спросила Эйела, встряхивая гривой мокрых волос. Несколько капель попали Эллу в лицо, он шутливо наморщился. Ему хотелось сказать: "Да, за этим". Но как устоять против прикосновения ее рук, запаха ее кожи...

Тем летом они так и не выбрались к водопаду. А следующего не было.

Похороны в космосе коротки и торжественны.

– Милости твоей просим, к имени твоему взываем, - ровный, бесцветный голос капитана как нельзя лучше подходил для погребальной службы. Слова долго висели в мертвом, железном воздухе, постепенно расходясь струйками холода.
– Господь наш, о господь истинный - ты, кто вел нас путями странствий, тропами скитаний, преклони же слух свой к моленьям нашим об ушедшем брате нашем, Рроме Фроке. Отнял ты десницу свою, осени же шуйцою. Да воссияет над ним предначальный свет. Да обретет душа его вечный покой. Ки-летанниэр.

– Ки-летанниэр, - глухо повторил Элл, задвигая носилки в холодильник. Тяжелая дверца мягко повернулась на гидравликах, зашипели вакуум-затворы. Теперь Рром Фрок будет спать вечным сном до самой Раэн, где только и можно будет схоронить его. Ни один раэнит еще не лег в чужую землю.

– Прошу всех пройти в зал, - даже в невесомости Вайн Гирикин двигался с военной отрывистостью, иногда бросавшей его о стену.

Самое крупное помещение в корабле после просторов Морта казалось тесным и - именно поэтому - домашним. Экраны были выключены, освещение приглушено; казалось, что наступил вечер, хотя по корабельному времени скорее близился полдень.