– Скажи-ка ему, чтоб прекращал давить косяка.

– Он вас слышит...
– тихо ответил Кашеваров.

– Вот как?
– усмехнулся Кикоз.
– Так он же глух, как тетеря!..

– Я могу слышать ушами любого, обладающего слухом...
– отчётливо прозвучало в голове рыбаковского приближённого. Несмотря на то, что такой способ беседы был для Кикоза не привычен, на столице ничего не дрогнуло, и лишь Витя заметил, что помощник наркобарона весь внутренне подобрался, решив более тщательно контролировать мыслительный процесс. На это хумчанин мог лишь усмехнуться. При желании, мальчик мог выведать и глубинные мысли, но на это требовалось особое усилие, к которому Витя пока не был готов.

– Хорошо...
– плотоядно ухмыльнулся Кикоз.
– Тогда перейдём непосредственно к делу... Ты хорошо, насколько мне известно, поработал на Корня... На дядю Андрея".
– поправился рыбаковец.
– Готов ли ты теперь поработать на другого дядю?

– На Рыбака?
– Витя попытался придать телепатическому голосу максимально возможный налёт наивности.

– На него, - кивнул Кикоз.
– Твой ответ?..

– Пожалуй, я отвечу отказом...

Рыбаковец моментально взъярился от этих слов. Он прищурил глаза, раздул ноздри и, с угрожающим видом, двинулся на мальчика.

– Да я тебя в порошок!.. По стенке размажу так, что мама родная неделю отскребать будет!

– Не посмеете, дядя Кикоз, - Витя не переменил ни позы, ни выражения проецируемого в головы рыбаковца и Призрака голоса.
– За это вас дядя Рыбак с дерьмом съест...

Кикоз остановился с уже занесённым кулаком.

– К сожалению, ты прав...
– на губах рыбаковца вдруг появилась неприятная ухмылка.
– Но дядя Рыбак не будет возражать, если я получу у тебя согласие несколько негуманными способами...

– Только, вот, чего оно будет стоить?..
– самоуверенно проговорил Витя.

– Стоить?
– в голосе рыбаковца зазвучал неприкрытый сарказм.
– Стоить будет недорого. Полета баксов.

– За такую сумму работать?
– Удивился мальчик.

– Ты не въехал, пацан. Это цена вмазки одного весёлого соединения. Оно полностью подавляет волю, и позволяет из кого хочешь вить такие верёвки, что и во сне не приснится!

– Вы не посмеете травить ребёнка наркотиками!
– призрак, слушавший эту беседу, возмущённо встал.

Кикоз, даже не посмотрев в сторону телепата, сделал незаметное движение рукой, послышалась звонкая пощёчина, и Кашеваров, издав сдавленный всхлип, рухнул на свой стул.

– Если этот ребёнок не будет выполнять прямых указаний - очень даже посмею! Понял?!
– Кикоз, сощурившись, глянул на оглушённого Михаила Руслановича и добавил.
– И чтоб я тебя больше не слышал!

Призрак пошевелил губами, но из них не вылетело ни единого звука.

– Дядя Миша, он это серьёзно?
– прозвучало в голове Кашеварова. Телепат, не меняя сгорбленной позы, кинул быстрый взгляд на Кикоза. Тот, очевидно, не слышал этого вопроса, Витя обращался только к Призраку и телепатическая речь не доходила до рыбаковца.

– Такие твари шутить не умеют...
– грустно ответил Михаил Русланович.

– Может согласиться? Для вида...

– Как знаешь...

Обмен этими репликами занял в реальном времени не более полутора секунд. Всё это время Кикоз пристально смотрел на Витю Матюшина, пытаясь прочесть на его лице хотя бы какой-нибудь отклик на свои слова. Но хумчанин сохранял полнейшую невозмутимость.

"Не хотел бы я сесть против него в покер." - подумал Кикоз и, вспомнив, что пацан с лёгкостью прочтёт эту мысль, сказал уже вслух:

– Ну, отвечай!

– Рыбак обещал мне учёбу в Штатах...
– словно в задумчивости спроецировал Витя.

– Учёбу!
– рассмеялся рыбаковец.
– Её ещё заслужить надо.

– Хорошо. Какие ваши условия?

– Ты согласен работать добровольно?
– вместо ответа спросил Кикоз.

– Прежде я должен узнать условия...
– упрямо повторил хумчанин.

– А если они тебе не приглянутся, что, откажешься?

– Условия!

– Сто за клиента.

– Сто рублей?

– Сто тысяч долларов. Плюс пансион. Плюс особняк у моря. С надёжной охраной, конечно. Плюс, всё, что пожелаешь... В разумных пределах.

– А за базар ответишь?
– вдруг перешёл Витя на блатной жаргон.
– Обзовись!

– Сукой буду!
– автоматически проговорил Кикоз. Через мгновение до него дошла и нелепость ситуации, и то, что какой-то мальчишка его так просто обвёл вокруг пальца, взял, что называется, на голый понт. Теперь рыбаковец должен был, если не хотел потерять авторитет, действительно выполнять все желания пацана. Но, с другой стороны, кто об этом узнает?