Хозяин сочувственно покивал:

— Да, приятель, иной раз такую змеюку на груди пригреешь, хоть вешайся!

Пару минут мы помыли косточки «змеюкам», а потом я отправился в отель.

Сдающий смену портье встретил меня улыбкой:

— Видать, пикник удался, господин Метальников?

— Видать! — согласился я. — С такой девушкой он и не мог не удаться!.. Меня никто не спрашивал?

— Нет.

Я получил ключ и поднялся к себе. Составил послание боссу, зашифровал.

И тут в голову пришло, что если меня держат под колпаком, то могут контролировать и мои информационные каналы. Нет, парни, гейтс вместе с Интернетом мне теперь не помощники. Надо воспользоваться почтой. Там контроль менее вероятен.

Я включил принтер и распечатал подготовленный файл. Потом уничтожил файл вместе с папкой, в которой он был создан. И отправился в ближайшее отделение «Уорлдпост».

Обратный адрес я указал «До востребования». А на распечатке сделал приписку от руки, что мы, похоже, вляпались в большую лужу, вокруг которой вьются жирнющие навозные мухи с огнестрелами в лапках.

Купив в автомате конверт со штампом «срочно», я запечатал послание и бросил в ящик. Корреспонденция в «Уорлдпост» изымается каждые девяносто минут. А «Боингу» (или что тут у них летает из Петербурга) надо всего три часа, чтобы добраться до Нью-Йорка. Так что еще сегодня мое письмецо попадет по адресу. В такой ситуации босс долго раздумывать не станет (да он и никогда долго не раздумывает), и уже завтра ракетоплан принесет ответ.

Я сел в «Забаву», включил мобильник, и он тут же подал признаки жизни.

— Слушаю! — рявкнул я в трубку.

— Господин Метальников?

— Да.

— Это Инга Нежданова. Вас желает видеть Павел Иванович. Приезжайте немедленно в офис. Помните — куда?

— Помню, — сказал я. И отправился на аудиенцию, которая вполне могла обернуться экзекуцией.

Пал Ваныч был все тот же — уверенный в себе мужчина среднего возраста без особых примет. По внешним данным вполне может работать сыщиком. Или главой преуспевающей фирмы. Или стукачом… Хотя стукачом — нет. Они крайне редко бывают уверенными в себе. У всех стукачей, с которыми я встречался, главной чертой характера была именно неуверенность. Сложно жить с пониманием, что продаешь ближнего, и никуда тебе от этого понимания не деться…

— Ну-с! — проговорил Пал Ваныч, когда я сел в кресло. — Как у нас идут дела?

— Своим ходом, — ответил я. — Явных достижений нет, но и явных проколов, по-моему, тоже. Было бы проще, если бы я знал причину исчезновения вашего контрагента.

— Марголин убит.

— Как убит! — поразился я.

— Выстрелом в сердце, — съехидничал Пал Ваныч. — Его нашли сегодня в подвале собственной клиники. Убийца спрятал труп в холодильник.

Я сделал вид, будто проглотил горчайшую пилюлю.

— Стало быть, моя работа завершена. Извините, что не оправдал надежд, но бывают и у нас неудачи. Как у всякого детектива-практика…

Пал Ваныч прервал меня взмахом руки:

— У меня есть основания полагать, что сегодня ночью вы побывали в клинике.

— Побывал, — согласился я. — Между часом и половиной второго ночи.

— Что вы там делали?

— Нарушал законодательство. Похищал список пациенток. Поскольку у меня есть основания полагать, — я произнес эту фразу в тон Пал Ванычу, — что Марголин исчез… то есть убит после встречи с одной из своих подопечных… Кстати, ваша Инга Артемьевна знала, что я намерен вломиться в чужие двери, но и пальцем не пошевелила, чтобы остановить мои поползновения.

— Не паясничайте! Что вы узнали?

— Обычно, — сказал я с достоинством, — я даю отчет только тому, кто мне платит.

— Вам платим мы.

— Э-э, нет, господин Поливанов. Вы платите моему боссу, а уже он платит мне. Вот боссу я и предоставлю отчет. Связывайтесь с ним.

Пал Ваныч пожрал меня бешеным взглядом. Но не на такого напал, видывали мы в работе всякие взгляды!

— Пресса утверждает, что ночью возле клиники была стрельба. «Стерлинг»и пистолеты…

— Возможно! — Я закинул ногу на ногу. — Однако, если и так, я в ней участия не принимал. Меня там либо еще, либо уже не было.

Пал Ваныч опустил глаза и оценивающе посмотрел на сцепленные пальцы своих рук:

— Что там, говорите, у вас с подозреваемыми?

— Ничего. Я уже доложил, кому предоставлю отчет.

Пал Ваныч расцепил пальцы и сжал кулаки.

— Послушайте, молодой человек… Не зарывайтесь! Я могу сделать так, что у вас будут большие неприятности с правоохранительными органами.

Я пожал плечами:

— Но ведь я нарушил закон, работая на вас. Подставить меня было бы некрасиво с вашей стороны… Ну да ладно! Списываю угрозу на ваши нервы. Гибель делового партнера — это не шутка, понимаю. Всегда начинают рваться налаженные связи… У меня есть подозрения, что женщина, явившаяся к Марголину, была его любовницей. Между ними, судя по некоторым данным, вышла размолвка. Возможно, он наставил своей пассии рога.

— Сукин кот! — Пал Ваныч скрипнул зубами. — Предупреждал я его насчет бабья. Но он был из тех, у кого нижняя голова срабатывает раньше верхней… Вы уже вычислили эту стерву?

— Пока не успел. Я должен был заниматься вычислением именно сейчас. К тому же она, вполне возможно, убийцей и не является. Кстати, вы способны выяснить, когда именно наступила смерть Марголина?

— Уже выяснил. В прошлый четверг, в четырнадцать сорок пять, плюс-минус пятнадцать минут.

— Что ж, — я кивнул, — возможность у этой дамы была. Осталось выяснить мотив и найти оружие. И можно будет передавать дело в суд.