Так как руководители тайного общества любили Пао, Фау делал вид, что тоже его обожает. Однако гориллу не удалось провести с помощью лицемерия. Он был не из тех, кто заискивает перед своими почитателями. Мало удовольствия получил Фау, когда узнал мнение Пао о себе. Шанхайский ублюдок считал его жеманной старой девой, человеком, способным нанести удар в спину, и не скрывал желания скормить Фау своим тиграм.

Эти двое людей жили в разных мирах.

Чань Фау, однако, был лисой, и лиса перехитрила гориллу.

Когда Айлин было пятнадцать лет, ее душой и телом владел Фау. Тогда она еще ходила чумазая, пахла коровами своего отца и не знала, что такое помада. Ее семья была среди миллиона военных беженцев, которые наводнили Чунцин, где при штабе генералиссимуса Чана Кай-ши служил Чань Фау.

Рваная одежда, грязная кожа и деревенские манеры не могли скрыть красоты Айлин. Чань Фау был не единственным мужчиной, кто добивался ее, но был самым могущественным. Он заключил сделку с отцом Айлин, который решил, что лучше получить за дочь то, что можно, чем не получить ничего, и лишиться ее.

Семья получила продукты, заброшенную конюшню для жилья, удостоверяющие личность документы, и что самое главное, покровительство Чаня Фау, Взамен Фау отдали Айлин. Через полгода она надоела Фау, и он продал ее одному из своих командиров за пятьдесят американских долларов.

Десять лет назад Фау вновь встретился с Айлин, которая стала очень привлекательной и ужасно честолюбивой. Ночью, которую они провели вместе, и во время которой она поразила его разнообразием сексуальным приемов, она попросила его о помощи. Не даст ли он ей денег, необходимых ей, чтобы начать карьеру оперной певицы? Ей надоело работать в магазине.

Чань Фау немного подумал, лаская ее полные груди, и решил выполнить просьбу. Однако за услугу ей придется платить, и на его условиях. Она согласна? Конечно. Даже если для этого нужно будет развестись с мужем? Конечно. По правде говоря, она давно хочет избавиться от этого старого хрыча, своего мужа.

После той ночи Фау больше никогда не спал с ней и не встречал ее в обществе или наедине. Она получила его заем в цюрихском банке: деньги поступили туда через холдинг-компании в Панаме и на Багамских островах. Теперь Айлин была частью его долгосрочного плана. Она была его тайным оружием, агентом, ждущим своего часа.

Долг Айлин и увлеченность Пао китайской оперой позволили Чаню Фау за нос привести Пао к крушению. Свести гориллу и певичку оказалось проще простого. Айлин была одной из самых знаменитых и желанных женщин в Гонконге. Как Фау и предполагал, Пао решил добиться ее.

Фау не просил ее выйти замуж за Линь Пао; ему было бы достаточно, если бы она спала и шпионила за гориллой. Свадьба была идеей Линь Пао.

Поразмыслив, Чань Фау позволил Айлин сочетаться браком. Почему бы и нет? Она всегда будет скрытым кинжалом, нацеленным в сердце Линь. Пао. В то же время она сможет наслаждаться роскошной жизнью жены главаря одного из самых могущественных тайных обществ. Как и все хорошие планы, этот требовал дальнего расчета. К чему нападать на врага открыто, если можно навредить ему украдкой?

В своем рабочем кабинете Чань Фау внимательно слушал сержанта Юна и не заметил, как двое констеблей навинтили глушители на стволы своих пистолетов.

Оставив пистолеты в руках, полицейские спрятали их за спину. Один из них, маленький кривоногий мужчина в темных очках, повернулся и приоткрыл дверь. Шепнув что-то телохранителям, он закрыл дверь и встал на место.

Сержант Юн продолжал рассказывать о запланированном Пао предательстве, потом положил свой «дипломат» на стол, чтобы документально подтвердить свои слова. В этот момент в дверь постучали, кривоногий констебль вначале приоткрыл ее, чтобы посмотреть, кто пришел.

Затем оба отступили в сторону, чтобы впустить Айлин в сопровождении телохранителя. На ней был голубой чонсам с разрезами по бокам, соломенные сандалии на ногах, черные волосы спадали на плечи. В руках она держала притихшего Хиня. На ее красивом лице не было косметики, и оно было напряженным. Когда в комнату за ней вошел телохранитель, кривоногий констебль аккуратно закрыл двери.

Увидев Айлин, Чань Фау нахмурился. Он не посылал за ней. Она сказала:

– Я пришла, как вы приказали. И принесла мальчика.

Чань Фау поднялся из-за стола. Что, черт возьми, здесь происходит? Он уже готов был обругать Айлин, когда двое констеблей подошли сзади к телохранителям Фау и выстрелили им в головы. Потрясенный Фау упал обратно на стул.

Кривоногий констебль прижал дуло пистолета к горлу Айлин и приказал ей молчать. От страха у нее расширились глаза и она кивнула. Второй констебль запер дверь кабинета, подбежал к Чань Фау и прижал пистолет к его голове. Все это заняло не более пяти секунд.

Стоящий перед старым генералом нервный сержант Юн сказал: