Сейчас он вовсе не стал более нормальным, чем несколько лет назад. Все психопатические черты сохранились прежними, изменилось только одно: он уже не был политическим простаком, стремившимся уничтожить богатых. Теперь он политику считал всего лишь выбором между двумя видами зла. Идеологии, догмы и символы веры он отверг. Императрица не находила это удивительным. При всей своей ненормальности Полтава был умен.

Он потерял многих товарищей по своим ранним террористическим дням. Некоторые были убиты или схвачены полицией. Другие сломались, не выдержали жизни, сводившейся к постоянному бегству. К тому же постоянный стресс от жизни в узком кругу одних и тех же людей, день за днем. Многие из-за этого стали употреблять наркотики. Некоторые сами сдались властям, чтобы избежать нервного расстройства, кое-кто даже начал сотрудничать с полицией, поставлять информацию в обмен на более короткое тюремное заключение. В трудные времена дружба часто не выдерживает.

Полтава теперь считал, что революция не достигла каких-то политических целей, народную поддержку ощутимую она тоже не получила, а ведь в этом и заключается мечта террористов. Ни одна революция не может преуспеть, если цель ее — слияние с капитализмом, а не борьба с ним. ООП стала финансовым гигантом. Ясер Арафат, ее лидер, контролирует ценности на миллиарды долларов, он уже не зависит от поддержки арабских государств. То, что когда-то было отрядом коммандо, стало правительством с армией, авиацией и сборщиками налогов. Полтаве казалось ироничным, что ООП держит дипломатические представительства в сотне с лишним стран — больше, чем Израиль.

Императрица на этот счет с Полтавой была согласна. Нельзя, чтобы тебя использовали те, кто ищет покоя и комфорта. Демон, надо признать, уже не реагировал на старые лозунги и поблекшие мечты. Он занялся бизнесом ради себя самого. Для других сделано достаточно, все, хватит.

Стремление Полтавы жить по собственному усмотрению Императрица расценивала вполне положительно. В этой жизни можно быть или молотом, или наковальней. Императрица читала «Майн Кампф» Гитлера и полностью соглашалась с ним в том, что сила — это высший закон. Мы живем в мире, где только сильные торжествуют, а слабых ставят к стенке, говорила она сыну. Можно восхищаться Виктором Полтавой: он сам лепит свою жизнь. Такие люди, Хандзо, встречаются редко. Очень редко.

Она знала, что демон всегда осторожничает, так как врагов у него накопилось много. В Израиле, Западной Германии, Италии, Швеции, Англии и Америке, не говоря уже о Японии. А некоторые из бывших товарищей считали его предателем, он же покинул движение. Даже русские разочаровались в Полтаве. Он убил офицера КГБ, такое не прощается.

На Императрицу особенное впечатление произвел как раз этот инцидент, показавший возможности Полтавы в чрезвычайных обстоятельствах. Хорошо известно, что КГБ мстит предателям, перебежчикам, вражеским «кротам» и превыше всего тем, кто убивает его агентов. Однако же в случае Полтавы КГБ ничего не сделал. И не сделает.

Устранив одного из агентов комитета, да еще офицера, Полтава знал, что на него будут охотиться. Тогда он послал письмо в главную контору КГБ на площади Дзержинского в Москве. Если его попытаются убить, писал Полтава, он начнет уничтожать детей сотрудников КГБ в советских посольствах по всему миру. Удары будут наноситься где угодно: Америка, Бразилия, Египет, Пекин, не имеет значения. КГБ может рано или поздно с ним разделаться, хотя это не гарантировано. Тем временем немало русских детей умрут мучительной смертью.

Хорошо подумав, русские поступили единственно разумным образом: дали знать, что дело убитого офицера КГБ останется без продолжения. Хандзо этот случай приводил матери в доказательство того, что Полтава сумасшедший.

Но, как обычно, последнее слово осталось за матерью. Ее право, заявила она, отвечать злом на зло. Она не успокоится, пока его похитители не будут наказаны. Этот вопрос она должна решить сама, не оставлять его богам. И, в любом случае, здесь содержится полезный урок для Хандзо.

— Нельзя править царством и оставаться невинным, — наставительно проговорила она. — Чтобы выжить, нужно быть жестким, действовать, несмотря на боль, которую могут причинить эти действия тебе или другим. Ты должен слушать и оставаться глухим. Должен видеть и оставаться слепым. Ни на кого не рассчитывай, никому не доверяй. Сделай так, чтобы тебе было легко служить и трудно угодить. Но если ты не укрепишь свою волю, то не сможешь приказывать. А через Полтаву мир узнает, что воля твоя сильна, что ты можешь вместе со мной управлять «Мудзин».

Начав поиски демона, Рэйко Гэннаи связалась с Нуаном Чакри, капитаном в таиландской паравоенной полиции. Много лет он состоял на жалованье у китайских генералов, которые выращивали опиум на бирманско-таиландской границе. Платили ему и авиалинии, вывозившие из Бангкока опиум и другую контрабанду. А Императрица оплачивала информацию о стране — от состояния здорвовья короля до урожая каучука.

Чакри-то и помогал ей дисциплинировать непокорных жен в «Мудзин». Чтобы полностью контролировать высших служащих компании, Рэйко Гэннаи выбирала им жен, в то же время она приказывала им шпионить за мужьями и докладывать ей. А тех, кто отказывался или предавал ее так или иначе, отвозили в Таиланд, где Чакри быстро приучал их к героину. Потом эти жены зарабатывали на героин проституцией в борделях и массажных салонах, которые держал Чакри.