Надо признать, рассердился слегка Велосипедист, коротко матюгнулся, мать ванину вспомнил, деда его, братьев, папеньку неугомонного, питекантропа, от которого весь ванин род произошел. Только потом успокоился.

– Ладно. Черт с тобой. Садись, поехали, знаю я тут одно место, есть там искомое...

Долго ли, коротко ли ехали, но подъехали к китайской границе. Остров Даманский. Огляделся Ваня - красота! Стоит крупный, значит, дворец. Красивый. Отчетливый такой дворец. А Велосипедист пальцем на него показывает и говорит:

– Как стемнеет, пойдешь вот по этой тропочке мимо дворцовых сортиров. Нос лучше зажать там, когда мимо проходить будешь... Дальше - охраняемая территория. Вот держи пропуск с полосой и наряд-заказ на реставрацию экспоната в"-- 13. Это он и есть. Возьмешь, сразу дуй на выход. На выходе опять покажешь пропуск и наряд-заказ, на котором тебе поставят печать и дату выноса. Распишешься. И выйдешь. Просто выйдешь и все. Я тя тут ждать буду на всех парах. Усвоил?

– Да. Нехитрое дело.

– Только одно условие. Будешь выходить, жопу никому не показывай. Здесь не принято.

– Да что я, идиот? Когда я кому жопу заголял? Скажешь тоже!

– Я так, на всякий случай - предупредил.

Пошел Ваня по заветной тропочке, мимо сортиров вонючих, мимо ив плакучих. Показал все документы, получил Безразмерного, положил в жилетный карман и направился к выходу. Все прошло без сучка, без задоринки. Эти лохи даже ничего не заподозрили! И вот, когда уже подходил Ваня к выходу, захотелось ему жопу всем показать, прямо удержу нет. Повернулся Ваня спиной к охранникам, быстро ремень расстегнул, ловко порты стянул и слегка пригнулся, чтобы совсем уж было все по форме. И - паразит какой!
– даже по ягодице похлопал ладошкой.

Скрутили его, естественно. Трофей отняли. Наваляли, не без этого. Бросили в зиндон. Оглянулся Ваня, а в зиндоне-то народишшу - прорвишша! Только что не на головах сидят друг у дружки. И пахан кривой да горбатый рычит Ване:

– Щас и тебе на голову сядем, дистрофан!

Ваня, чего греха таить, перетрухнул малость, но виду не показал, наоборот - стал хорохориться: "Ты, старый козел, на меня - царского сына понты бросаешь! Да я те пейсы на уши накручу и моргать заставлю! Да я..." Договорить не успел, потому что пахан кривой к нему подошел и хряпнул по загривку. Один раз. Ванька возьми да упади. Тут-то ему на шею и сели. А чего поделать - тесно в зиндоне.

С утра, проморгавшись, Ваня уже со всем почтением к пахану кривому подкатился, мол, здравствуйте, дяденька, не найдется ли хлебца, покушать хоцца. Пахан с утра добрый был, бить не стал, только спросил, за что Ваньку замели. Уж не за жопу ли?

– Как догадался, дядька?

– Да морда у тебя больно плутоватая. И щеки как ягодицы...

Не долго томился Ванька в зиндоне, чужой тушей придавленный. Быстро пробили его по компьютеру, выяснили, что царский сын. Начальник только спросил, укоризненно пальцем покачав:

– Вам тут что, блин, медом намазано, все жопу приходите показывать?

– Да я б сам вовек не догадался!
– спроста воскликнул Ваня.

– А кто подзуживал? Сообщник?

Ваня понял, что проболтался, решил схитрить:

– Да нет. Павиан мимо пробегал, красным задом мелькнул. Вот и навеяло.

– Ладно, - говорит начальничек-ключик-чайничек.
– Так сделаем: либо по нашему закону ты сидишь в зиндоне пять лет, а больше трех там никто не высиживал - помирали все, потому, кстати, и пенитенциарная система у нас щадящая, больших сроков не даем... либо идешь на спецзадание.

– Где-то я это уже слышал... А какое задание?

– А простое. Нашему императору половой партнер нужен. Красоты неписанной. Ума необыкновенного. Звать Кандей.

– Мужик что ли?
– не понял Ваня.

– Да какой мужик!
– возмутился начальничек-ключик-чайничек.
– Юноша! Красивый, гладкий... Чего смотришь? Или худое что хочешь сказать про нашего императора?

– Я? Не! Не! Это его проблемы, мне-то что! Сейчас, говорят, так даже модно... А проблема-то в чем?

– А проблема в том, что Кандея-юношу султан Брунея Ахмет III замуж отдавать не хочет. Сколько раз мы уже сватов засылали - никто не вернулся. Так что давай. А как Кандея доставишь, получишь Безразмерного и - катись на все три стороны.

– Почему на три?

– Потому что ты в четвертой...

Делать нечего, вышел Ванька из крепости, направился к Велосипедисту да все ему рассказал. Тот даже ругаться не стал, только крякнул отчетливо. Но помочь снова согласился. Наверное, потому, что велосипедный спорт приучает к упорству и повышает мужественность.

Долго ли, коротко ли ехал Ванька на раме, только приехали они к морю ледовитому, окияну северному. Глядь-поглядь, а на берегу блядь.

– Мужчина, - говорит блядь Ване.
– Угостите даму сигаретой!