В ванной комнате Сай Бернард распевал во всю мощь своих легких. Его рубашка, галстук и кобура с револьвером висели на спинке одного из кухонных стульев. Радио, настроенное на полицейскую волну, монотонно бубнило передаваемые полицией сообщения.

“...следуйте до пересечения Кембриа и Ньюбридж. Мы устанавливаем там контрольный пост, который будет проверять транспорт, выходящий на этот перекресток. В помощь вам выделяется Триста одиннадцатая. Вы меня поняли, Триста седьмая?”

– Поняли.

– Триста одиннадцатая. Триста одиннадцатая, следуйте до пересечения Кембриа и Ньюбридж для содействия Триста седьмой в организации контрольно-пропускного пункта.

– Говорит Триста одиннадцатая. Вас поняли. Уже известна модель машины?

– Пока нет сведений, Триста одиннадцатая.

– Ладно.

– Сай! – крикнул в сторону ванной Эдди. – Эй, Сай, ты слышишь, что они здесь говорят?

Сай, одна щека которого была покрыта мыльной пеной, вышел из ванной. Он был сейчас в одной нижней рубашке, из-под которой выглядывали поросшие густой шерстью руки и плечи.

– Чего тебе? – спросил он.

– У них там дорожные посты по всему городу повырастали, как грибы после дождя. Как же нам тогда воспользоваться своей машиной?

– А чего это тебя так волнует? Подумаешь – устанавливают дорожные посты. Ну, и пускай устанавливают себе на здоровье сколько хотят. Нам-то что до этого?

– Ты не понял, Сай. Они сейчас там останавливают каждую машину, которая проезжает мимо них. А утром нам обязательно придется воспользоваться машиной. Так как же мы?..

– Ну, сколько раз я должен тебе повторять одно и то же? За рулем буду сидеть я, так? И в машине я буду один, верно? Старенький паршивый “Форд” не привлечет к себе внимания. Или, предположим даже, что они остановят меня. Для них я буду просто обычным парнем, который едет себе на работу. Водительские права у меня при себе и, если они их спросят, я их и предъявлю им. Ну? Откуда им знать, что я еду на украденной машине? Как они смогут догадаться об этом? Номерной знак мы сменили, так ведь? Поэтому ни у кого не может быть ко мне никаких претензий. Так что лучше всего просто выбросить из головы все эти мысли о постах на дорогах?

– А как быть после того, как мы получим деньги? – сказал Эдди. – Как мы будем смываться отсюда? Ведь посты они еще не поснимают.

– И тут нам не о чем беспокоиться, потому что с нами тогда не будет мальчишки. Едет себе спокойно парень со своей собственной женой, прихватив с собой еще и зятя. И не о чем тут беспокоиться. Ну, ладно, дай мне наконец добриться. А то я начинаю себя чувствовать как какой-нибудь бродяга. – И он вернулся в ванную.

Кэти подождала, пока за ним не закроется дверь.

– Эдди, – сказала она, – а после того, как он получит эти деньги, что будет с мальчиком?

– А мы его оставим прямо здесь. А потом позвоним Кингу и скажем ему, где находится мальчик.

Кэти кивнула.

– Но это... это все равно – огромный риск, разве не так?

– Нет, не думаю.

– Эдди, давай просто сбежим отсюда. Давай смоемся прямо сейчас, пока не поздно!

– Хватит об этом! Прошу тебя – не будем! “Двести тридцать четвертая, Двести тридцать четвертая, вы все еще у въезда в туннель?

– Да, Красавчик, именно здесь мы и сидим. Говорит Двести тридцать четвертая.

– О’кей, о’кей.

– Ты только послушай, как они переговариваются, – сказала Кэти.

– Сай говорит, что нам не о чем беспокоиться. Мы с тобой, Кэти, можем во всем положиться на него. Он прекрасно знает, что делает. – Эдди подошел к пепельнице и загасил в ней окурок. – За все время, что я его знаю, Сай никогда ни разу не подвел меня. Он и сейчас действует правильно, Кэти.

– Да, да. Он просто замечательный человек, – саркастически заметила Кэти.

– А что ты думаешь? Так оно и есть. Я многому у него научился.

– Да, уж действительно, он научил тебя многому.

– Да, черт побери, научил! – Эдди помолчал. – Ему можно было и не возиться с такой мелкотой, как я. У Сая солидная репутация и без этого.

– Солидная репутация! – воскликнула Кэти. – Да он – самый настоящий подонок!

– Зря ты так о нем думаешь. Просто ему иногда не везло, но с кем такого не случается? Но вообще он в полном порядке. Думаешь, это легко – спланировать такую операцию, как наша? Ты можешь себе представить, над сколькими вещами ему приходилось ломать голову? Сколько ему пришлось помозговать?