Танцор перебросил кинжал в другую руку и тоже пригнулся, готовясь к атаке.

— О, Джуэл, ты даже не представляешь, на что я способен, когда у меня есть враг, который осмеливается вставать против меня, даже видя, что я готов к встрече! Да я, может, ночей не спал, мечтая об этом свидании!

— Не дури, парень! — рявкнул капитан. — Джуэл — убийца. Может, у тебя и акульи глаза, но у него это в крови. Лучше уладишь все потом, шпагой или пистолетом, когда кровь твоя немного поостынет, а не то снова прольешь ее сегодня. Ты отважен, это правда. Но ты был болен, а Джуэл — настоящий дьявол с кинжалом.

— Я не боюсь его, — отвечал Танцор, не сводя глаз с противника. — Правда, я не так часто достаю нож, потому что не способен настолько ненавидеть человека. Зато я сумел выбраться из преисподней, капитан, и сегодня я жажду крови.

— Давай, давай, — проговорил Джуэл, осклабившись и снова маня его рукой.

Танцор шагнул вперед. Все смолкли и отступили, потому что смертельный танец уже начался, и никто не мог бы остановить его.

Но тут донесся резкий крик, хлопанье крыльев, и зеленый комок перьев выпорхнул из леса. Попугай с налету уселся на плечо Танцора. Тот чуть не потерял равновесие, но быстро поправился и поднял руку с зажатым в ней кинжалом высоко впереди себя.

— Не смей, Джуэл, — предупредил он противника. — Даже не думай об этом. Однажды ты уже нападал на меня без предупреждения. Не стоит повторяться. Дай мне освободиться от моего друга, и я снова к твоим услугам.

— Дор-рогуша, дор-рогуша, — проворковал попугай, но Танцор лишь слегка улыбнулся, подставив ему свободную руку в качестве насеста. Потом он протянул птицу другому пирату. — Прими-ка зелененького, Бенсон, и крепко держи его. Он может вмешаться, а мне нынче не нужны помощники, кроме самого дьявола.

Он снова шагнул к Джуэлу и кивнул:

— А теперь убей меня, негодяй, или сам замолкни навеки.

— Черта с два! — прорычал Джуэл.

Они снова встали в позицию. И снова из лесу донесся отчаянный крик. Но на сей раз кричала девушка, которая стремглав вылетела из зарослей на берег. Ее длинные волосы развевались на бегу, ноги были босыми. Она вмиг очутилась подле Танцора.

— Не надо, о, Дэн, не надо! — вскричала она, хватая молодого человека за плечо.

— О Господи, — вздохнул он. — Ханна, ты что?

— Не надо, Дэн, — снова взмолилась она, — Ты же еще не здоров. Ты потерял так много крови… Едва-едва поправился. Пусть себе говорит что хочет, не надо с ним драться.

Поверх ее головы он окинул взглядом стоявших вокруг людей. Даже в рассеянном лунном свете видны были их любопытные глаза. Девушка была молода и красива и очутилась среди них посреди ночи. «Но ведь не одна», — быстро решил для себя Танцор.

— Эта леди будет моей женой, — сказал он, одной рукой обнимая ее. — Она моя, предупреждаю всех. Теперь тот, кто посмеет ее тронуть — что бы со мной ни случилось, — нарушит закон нашего братства.

Все присутствующие согласно кивнули, и тогда Танцор вздохнул свободнее.

— Ханна, я должен это сделать, — сказал он, повернувшись к девушке. — Это долг, это вызов, моя судьба и наше будущее — все вместе. Это такая вещь, которой я не могу избежать. И не хочу.

Говорил он искренне, и, наверное, от этого ощутил прилив счастья, а потом и новое, странное умиротворение, охватившее все его существо.

Ханна долгим взглядом посмотрела в его серебристые глаза. В свете луны на ее щеках были видны две дорожки от слез, но девушка кивнула и медленно отошла от него.

Танцор же сделал новый шаг к Джуэлу, стоявшему под деревом, там, где его самого оставили умирать около месяца назад. Джуэл осклабился и поприветствовал его чинным поклоном, после чего снова принял боевую позу. Они сражались молча. Единственными звуками был шелест песка под ногами и дыхание соперников, становившееся все более шумным. Они исполняли смертельный танец: несколько шагов вбок, выпад, прыжок, поворот, сближение, отступление — только без музыки, если не считать громкого биения их сердец. Все могло кончиться в любую секунду, и все знали об этом. Но тени все метались по песку, сердца отчаянно колотились… Все ждали, кто же из двух врагов в конце концов замрет навеки.

А потом послышался рык. Хрипение… И все.

Джуэл стоял, опустив руки и глупо ухмыляясь, а потом поглядел себе на грудь, из которой сочилась кровь. Затем вздрогнул, точно загарпуненный кит в предсмертной судороге. То было последнее его движение. Потом пират просто повалился на песок.

Танцор вмиг очутился подле поверженного врага и встал возле него на колено. Предусмотрительно вырвав кинжал из руки Джуэла — так добивают дубинкой вынутого из воды тунца, чтобы тот, чего доброго, не поранил рыбака в агонии, он быстро сунул руку ему за пазуху. Потом сел на пятки, и лицо его просияло ярче луны: на окровавленной ладони он держал что-то еще более яркое.