– Знаешь Тайрела и остальных?

Я привез сюда, на запад их матушку и младших братьев. Я сам с Камберлендских холмов.

– А я с Клинч-маунтин.

– Там живут хорошие люди. У меня там есть родственники. Что я могу для тебя сделать?

– Хочу наняться возчиком, можно даже без оплаты. Но мне нужен последний фургон при выезде из города.

Его лицо стало серьезным.
– Ты связан с той девушкой?

– Вроде как. Я погружу то, что надеется погрузить она. Эта девушка получит свою долю в Санта Фе, просто я хочу быть уверен, что получу свою.

– Ты - Сакетт. Для меня этого достаточно.

Он подал знак, чтобы принесли бутылку.
– Нолан, я тот, кто сделал Оррина политиком. Вообще-то ребята сбежали на запад, потому что я был шерифом дома, в Теннесси. Тайрел положил конец кровной вражде Сакеттов с Хиггинсами, прикончив Длинного Хиггинса. Я мог арестовать его, но он уехал на запад, чтобы не создавать неприятностей, ведь я был другом семьи и все такое*...[* - роман "Приносящие рассвет" (прим. автора)]

– Хорошо, ты можешь мне оставить место для пары вьючных мешков в середине фургона?

– Ясное дело.
– Шеддок налил в стакан виски.
– Ты знаком с Тайрелом и Оррином?

– Нет. Только слышал о них.

К этому времени веселье в салуне било через край, и мне захотелось уйти; кроме того, я должен был убедиться, что с Пенелопой все в порядке. Эта девушка меня беспокоила. Я никак не мог понять, хотела она моей смерти или нет. Врде бы она выходила на кухню, чтобы принести кофе... а может чтобы подать сигнал Лумису?

Вскоре Олли Шеддок поднялся и ушел, сказав, где мы встретимся. Просто повезло, что он оказался другом Сакеттов и родился на теннессийских холмах. Я о нем и до этого слыхал, но только как о владельце нескольких линий грузовых фургонов в Нью Мексико и Аризоне.

Через несколько минут я встал, расплатился и выскользнул в боковую дверь салуна. Бака смотрел мне вслед, без сомнения радуясь, что я наконец покинул его заведение. И не потому что драки и прочие заварушки были нечастыми в Лома Парда - городок знавал кровавые разборки со многими видами оружия.

Ночь была тихой и прохладной. На темном небе сверкали яркие звезды, тополя мягко шелестели листвой. Из салуна доносились голоса и приглушенная мелодия музыкального автомата. В воздухе чувствовался запах костра.

Я отодвинулся к краю дверного косяка и немного подождал, с удовольствием вдыхая ночной воздух и давая глазам привыкнуть к темноте. Сейчас мне никак не хотелось попасть в какую-нибудь переделку. Золото я перепрятал, о выезде из города договорился, и отправляемся мы меньше чем через час.

Я двинулся к улице, прижимаясь спиной к стене, и на углу осмотрелся в обе стороны. Чуть дальше в доме Хромой Энни горел свет, мне надо попасть туда. Энни сейчас на работе, а Пенелопа сидит в комнате и ждет отъезда, как и я.

Я знал, что ей все равно, увидимся мы или нет, потому что парень я невзрачный, на таких девушки не обращают внимания. Я поглядел на поднятые ладони. Годятся для оружия и инструментов, годятся для самой тяжкой работы, для перетаскивания тяжеленных мешков, но едва ли - для ласк, да и не приходилось им никого ласкать. Такая девушка как Пенелопа...

Нечего об этом думать. Она сбежала и бросила меня, не оставив никаких следов. Вероятно убила Гарри Мимса. Может быть было и так, как сказала она, якобы после того, как Флинч убил Мимса, она просто испугалась, но я не мог доверять ей. Проблема была в том, что она выглядела такой дружелюбной, такой мягкой и сердечной, что часто я не повиновался здравому смыслу.

Где-то рядом были Сильвия со своим братцем, а я о ней почти не думал. Однако она-то наверняка обо мне подумала, и скорее всего в своих планах будет рассчитывать на Нобла Бишопа.

Я вышел на улицу, которая тускло освещалась горящими окнами, и направился туда, где оставил вороного.

Конь, почуяв меня, тонко заржал и ткнулся нежными ноздрями в ладонь. Я вынул кусок сахара и скормил его, затем отвязал вороного и вывел в темноту.

Ну, скоро все кончится. Через несколько минут я буду сидеть на козлах грузового фургона, катящегося из города. Потом возьму золото, погружу его, как следует прикрою и тронусь в сторону Лас Вегаса и Санта Фе.

Что сделает Пенелопа, когда обнаружит, что золото пропало? Поедет ли она дальше или останется, чтобы отыскать его?

С этими мыслями я забрался в седло и обогнул городишко, направляясь к стоянке фургонов. Пенелопа тоже должна подойти.

С гор Сангре де Кристос дул прохладный, свежий ветер, доносивший приятный запах хвои и воспоминания о заснеженных вершинах. Напротив церкви я попридержал коня и оглядкл улицу. В одном из салунов послышался дикий техасский клич, а за ним выстрел - вероятно какой-то развеселившийся солдат или ковбой. На холмах за городом, на что-то жалуясь, разговаривал с луной койот.