– Правильно.

– Дело в том, что мы можем быть абсолютно не правы. Ведь все это – одни догадки, к тому же весьма смелые.

– Но все сходится, – возразила Билли.

– Так-то оно так, но беда в том, что иногда все обстоит именно так, как выглядит. И, может быть, Уэзли действительно взорвался вместе с яхтой.

– А Кита убил...

– Сумасшедший абориген?

Уголки рта Билли игриво загнулись вверх.

– Может, это дело рук Гиллигана.

– Или Хауэллзов.

Билли улыбнулась и покачала головой. Неожиданно мне стало чуточку неловко за шутки по поводу смерти Кита. И уже серьезно я произнес:

– В определенном смысле неважно, кто это сделал. Главное, что это произошло, и убийца скорее всего находится где-то поблизости. Не все ли равно, Уэзли это или кто-то другой.

– Только мне хотелось бы наверняка знать, с кем мы имеем дело.

– Да, – согласился я, – и мне тоже.

– Мне не так страшно было бы думать, что это Уэзли пытается свести нас в могилу. По крайней мере, его-то мы хоть немного знаем. А если убийца не он, это может быть кто-то в десять раз опаснее.

– Лучше уж он, чем какой-нибудь свихнувшийся дикарь.

– Несомненно.

– Итак, что же нам делать с нашей версией? – спросил я.

– Ты не видишь в ней никаких серьезных изъянов?

– Нет. По-моему, есть все основания предполагать, что это Уэзли, – если не выяснится, что его разнесло вчера на кусочки.

– Или не разнесло.

– Никто не нашел останков Уэзли, – вынужден был признать я. – Что, впрочем, вовсе не означает, что он не взорвался...

– Пересмотрев массу дерьмовых детективов за эти долгие годы, я хорошо усвоила один урок, – прервала меня Билли, – и вот в чем он заключается: если тело не обнаружено и не опознано – человека нельзя считать мертвым. Почти всегда это уловка, и у “мертвого” парня на уме недоброе.

– Я тоже заметил подобное, – подтвердил я. – Но телевидение содрало это у Агаты Кристи. А еще есть рассказ про Холмса, в котором преступник сыграл покойничка.

Билли сердито взглянула на меня:

– Мне это неизвестно, Руперт. Скажи мне лучше, как по-твоему, это Уэзли или не Уэзли?

– Все может быть.

Она игриво шлепнула меня по руке.

– Какой же ты несносный.

– Прости.

– Я это к тому... следует ли нам поделиться своими подозрениями с остальными?

– Лучше поделиться.

– Отлично. Я и сама так думала.

– Но, может, нам лучше сделать это перед всеми, – предложил я. – Включая Тельму. Иначе, что произойдет, если убийца действительно он, а она случайно на него наткнется?

– Ты прав, – согласилась Билли. – Лучше рассказать о наших подозрениях всем.

Порешив таким образом, мы собрали посуду и вернулись в лагерь. Мне жуть как не терпелось сесть за свой дневник, но ничего не получилось, потому что Эндрю позвал нас всех, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию.

Мы разместились вокруг костра.

У всех был угнетенный вид, кроме сидевшей в другом конце костра Конни, которая сердито косилась на меня. Мне кажется, она злится на меня за то, что мы с ее матерью уходили за мыс. Вероятно, думает, что мы там крутили любовь.

– Необходимо поговорить о ситуации, в которой мы все оказались, – начал Эндрю, – и определить линию дальнейшего поведения. Всего лишь день назад нас по-настоящему волновал лишь один вопрос – как долго нам придется ждать, пока нас подберет спасательная команда. А сейчас, после убийства Кита... Это меняет...

Тельма подняла руку, словно школьница.

Эндрю кивком дал ей слово.

– Я долго размышляла, – проговорила она, – об убийстве Кита и... о Уэзли. – Подбородок ее задрожал, и она плотно сжала губы. Через пару секунд продолжила: – Никому не показалось странным, что гибель Кита произошла так быстро? Только вчера взорвалась яхта и... ну вы знаете. Уэзли. Я вот что хочу сказать... А что, если взрыв – это не несчастный случай? Я много об этом думала, понимаете? Может, кто-то умышленно взорвал яхту. Я имею в виду, что Уэзли тоже убили. Не только Кита. Может, эти преступники подорвали яхту, чтобы мы не могли отсюда уплыть. Может, их замысел состоит в том, чтобы перерезать нас по одному. Или, возможно, они хотят убить только мужчин.

– Если таков их план, – заметила Кимберли, – то они уже на полпути к успеху.

Мне ее замечание не очень понравилось, так как остаток пути явно предполагал внимание к моей особе.

– О каких преступниках здесь идет речь? – несколько раздраженно воскликнул Эндрю. – Никакие “они” мне не известны.

– Я имела в виду тех, кто стоит за всем этим, – пояснила Тельма.

– Ты полагаешь, что против нас существует заговор?

Она обиженно выпятила губу.

– Просто ты так уверен в небрежности Уэзли...