Шрифт:
Рука Эрин забралась еще выше. Я вздрогнул, и у меня перехватило дыхание. Ее рука отлетела, как испуганная птица. И ударилась о прут клетки с тихим глухим звоном. Эрин вскрикнула.
– Боже, прости, – шепнул я. – Ты не ушиблась?
– Рука.
– Мне очень жаль.
– Что случилось? – поинтересовалась Алиса.
– Ничего, – ответила ей Эрин. – Просто ударилась о прутья.
– А что ты делала?
– Ничего.
– Мы держались за руки, – объяснил я. Что, как мне казалось, звучало лучше, чем правда.
– Лучше не бери ее за руку, – сказала Алиса. – Ты же не знаешь, куда она ее совала.
– Очень смешно, – обиделась Эрин.
– Я лучше пойду, – произнес я.
– Куда это ты разогнался, Рупи? Иди-ка сюда.
Огненный шквал
– Рупи? Иди сюдаааа.
От звука этого голоса я весь съежился. Во-первых, слишком громко. Во-вторых, он принадлежал Конни, душевное состояние которой, похоже, не сильно изменилось к лучшему после нашей последней встречи.
– Боже мой, – пробормотал я.
Алиса уже мчалась на другой конец клетки, видимо, надеясь образумить ее.
Поднявшись на колени, я схватил копье и мачете.
– Куда ты собрался? – шепотом спросила Эрин.
– Не знаю. Попробую ее успокоить.
– Я знаю, что ты там, Рупи! А сейчас давай, вынимай свой член из той сучки и иди сюда. Я тебя ждала!
Выбравшись из межклеточного пространства, я встал на ноги и, пригибаясь к земле, бросился бежать по траве вдоль задней стенки клетки Алисы.
– Что с тобой, приятель?
– Тише! – шикнула на нее Алиса.
– Когда ты не трахаешь зрелых дам, то трахаешь детей.
–Заткнись! – умоляюще произнесла Алиса. Ее голос донесся слева и чуть спереди. Я притормозил.
– Почему не меня? Ты что, гребаный извращенец?
– Потише, Конни! – рявкнул я.
– РУПЕРТ! МОИ ПРИВЕТСТВИЯ!
Этот возглас Уэзли пронзил меня насквозь, парализовав дыхание и пригвоздив к месту.
Он донесся издалека.
Видимо, оттуда, где он все еще стоял на крыше клетки Билли.
Конни радостно пропела:
– Гляди, кого сейчас будут трахать.
– Прежде чем ты совершишь какой-нибудь опрометчивый поступок, – выкрикнул Уэзли, – хочу поставить тебя в известность, что жизнь дам в твоих руках. И у меня самые серьезные намерения уничтожить их всех, Руперт, если я не встречу у тебя полного понимания.
Меня мутило и качало в стороны. Похоже, дрожь охватила все тело, а сердце билось сильно и неимоверно быстро.
– Ты меня слышишь? – крикнул Уэзли.
Я промолчал.
– В таком случае не хочешь попрощаться с Билли? Я не поленился облить ее бензином. Шикарный получится факел. Тебе понадобятся защитные очки, дружок. Так что лучше надевай их!
– Что ты хочешь? – выкрикнул я.
– Выйди вперед и встань перед клетками, – скомандовал Уэзли.
– Ладно.
Протянув руку, я отыскал прутья задней стенки клетки Алисы, и, ведя по ним левой рукой, завернул за угол и быстро пошел между клетками. Сбоку донесся голос Алисы:
– Будь осторожнее.
По другую руку параллельно мне семенила Конни. Факел Уэзли теперь был ближе, и света здесь стало чуть больше. Вполне можно было разглядеть контуры Конни. Глаза, рот, соски и то, что я принял за раны, выглядели, как дыры или прорези на бледном холсте ее кожи. Похоже, она старалась не отставать от меня.
На скаку она приговаривала:
– Видишь, что получил? Ага? Вот как бывает, Рупи. То и получил. Ты был мой. Мой! Ты облажался. Облажался по-крупному, парнишка. А сейчас поплатишься. Тебя сейчас вздрючат. И здорово вздрючат. Уэзли порвет тебе...
И тут у нее кончилась клетка. Мгновение назад она еще прыгала сбоку, в следующее мгновение ее уже не было. От удара зазвенели прутья. А Конни удивленно и обиженно хрюкнула.
Оглянувшись, я увидел, как отлетает она от прутьев, словно отброшенная огромной, невидимой пружиной. Затем Конни рухнула на пол клетки.
Словно шлепнули на разделочный стол кусок мяса для отбивной.
Тогда я понял, что в клетке бетонный пол. До этого момента над этим вопросом я и не задумывался, полагая, что под ногами у женщин земля и прутья.