— Копы сами все сфотографируют, — заметил он.

— Хочу иметь собственные снимки. Кроме того, я не думаю, что Уилсон и Айрик в первую очередь будут заниматься именно этим.

— Возможно, это как-то связано со Стивом. Они будут здесь утром.

Она пожала плечами, выключила фотоаппарат и сунула его в карман.

— Надпись никуда не пропадет. Солнце поджарило этот маркер, так что он, наверное, въелся в краску. Теперь мне придется перекрашивать всю эту проклятую дверь. Машине еще и трех месяцев нет.

Пока Форд разглядывал и тер пальцем надпись, Силла пнула колесо. Форд решил, что он был прав — похоже, удовлетворения это ей не принесло.

— Можешь взять мою машину, пока эту будут красить.

— Я буду ездить на этой, — в ее глазах можно было прочесть вызов и ярость. — Я знаю, что я не шлюха. Я видела микроавтобус Хеннесси на стоянке возле больницы, перед тем как пошла к Стиву. Он мог это сделать. Он мог напасть на Стива. Он на это способен.

— Стив что-нибудь рассказывал?

— Мы его не спрашивали. Он все еще слаб. Врач сказал, может, завтра. Он будет в состоянии разговаривать с полицией завтра. Проклятье!

Она ходила взад-вперед уже несколько минут, отметил Форд, но не ругалась и не била кулаком по деревьям. Силла остановилась и тяжело вздохнула.

— Ладно. Ладно. Я не позволю какому-то козлу испортить такой чудесный день. В винных магазинах города можно найти шампанское?

— Не знаю. Но у меня можно.

— Почему так получается, что у тебя все есть?

— Я был бойскаутом. Серьезно, — добавил он в ответ на ее смех. — В доказательство могу представить значки. — Она права, решил он, и я никому не позволю портить этот чудесный день. — А что, если мы разогреем пиццу и откупорим бутылку?

Услышав слово «пицца», сидевший на веранде Спок запрыгал и радостно закружился.

— Мне это тоже нравится. — Она потянулась, чтобы поцеловать Форда, но в этот момент послышался автомобильный гудок.

— Ну вот, — произнес Форд сквозь зубы, когда позади машины Силлы остановился ярко-красный, как пожарная машина, «Мустанг» с откидным верхом, — когда-нибудь это должно было случиться.

Яркий цвет автомобиля бледнел перед развевающейся на ветру копной рыжих волос женщины на пассажирском сиденье, которая приветственно махала рукой. Сдвинув на нос очки в тонкой оправе, чтобы получше рассмотреть Силлу, она спустила на землю ноги в туфлях-лодочках с открытым носком и наконец вышла из машины, чтобы поздороваться с прыгающим вокруг нее повизгивающим Споком.

Затем показался водитель. Рост и телосложение мужчины заставили Силлу насторожиться — еще до того, как она увидела очертания его подбородка.

Ее ладони мгновенно вспотели. Встреча с родителями. Экзамен, который она неизменно проваливала.

— Привет, мое солнышко! — Пенни Сойер обхватила щеки Форда, который подошел к ней, и звонко поцеловала сына. Ее смех был похож на звон кубиков льда в стакане с виски.

— Привет, мама. Папа, — мужчина с серебристыми, как у Кэри Гранта, волосами крепко обнял Форда одной рукой. — Что вы тут делаете?

— Едем к Сюзи и Биллу. Пару партий в Техасский Холдем, [13] — Пенни ткнула сына пальцем в грудь, а отец Форда присел на корточки, чтобы поздороваться со Споком. — Мы проезжали мимо и решили спросить, не хочешь ли ты составить нам компанию.

— Я всегда проигрываю в покер.

— Ты не азартен, — сказала Пенни и с любопытством посмотрела на Силлу. — Но ты не один. Можешь не говорить, кто это. Вы ужасно похожи на бабушку. — Пенни шагнула к Силле, протянув руки. — Самую красивую из женщин, каких мне только приходилось видеть.

— Спасибо. — Выбора не было, и Силла поспешно вытащила руки из карманов, чтобы пожать протянутые ладони Пенни. — Рада познакомиться.

— Силла Макгоуэн. Мои родители, Пенни и Род Сойер.

— Я была близко знакома с вашим отцом, — Пенни хитро покосилась на мужа.

— Перестань, — отмахнулся Род. — Постоянно пытается вызвать у меня ревность. Много о вас слышал, — сказал он, обращаясь к Силле.

— А мне не сказал ни слова, — Пенни снова ткнула локтем Форда.

— Я очень осторожен.

Пенни опять рассмеялась своим раскатистым смехом и сунула руку в сумочку. Оттуда она достала огромное печенье «Милк боун» в форме косточки, при виде которого Спок начал издавать восторженные повизгивания, дрожа всем телом, а его выпуклые глаза засияли.

— Будь мужчиной, — строго сказала Пенни, когда Спок встал на задние лапы и закружился на месте, но тут же ласково добавила: — Возьми, моя радость. — Спок схватил печенье, рванувшись к нему всем телом, и, отбежав в сторону, принялся грызть и жевать его. — Я его балую, — сказала она Силле. — Он так похож на моего внука.