С применением системного анализа Запад вел стратегические бомбардировки Третьего рейха. Системный анализ применялся Америкой при Рейгане для разрушения Советского Союза, когда нас методически втягивали в войны, в помощь уже и не всякий автомат-то возьмет. А на вооружении у них будет новейшая винтовка М-4 с двумя стволами. Один, обычный, стреляет обычными же боеприпасами пехотного калибра. Другой бьет 20-миллиметровыми снарядами, которые благодаря встроенной в винтовку компьютерной системе будут разрываться на заданном расстоянии. Так, чтобы осколки этих снарядов поражали бы солдат или партизан противника, укрывшихся за оградами и стенами или засевших в окопах.

При столкновении с такими солдатами уже сегодня русские бойцы не смогут убивать американцев. Русские солдаты вынуждены воевать безнадежно устаревшим оружием, в дурацком и примитивном камуфляже, с перетяжеленной и грубой до ужаса амуницией, с отсталыми бронежилетами. Снаряжение пехотинца РФ 2000-х годов гораздо хуже амуниции гитлеровского солдата 1940-х, и это — как говорится медицинский факт. В бою же с западниками 2000-х наши воины уподобятся дикарям каменного века, которые попробуют деревянными стрелами с кремневыми наконечниками обстреливать закованных в сталь рыцарей.

А что будет завтра? А завтра мобильные силы США смогут брать города и с налету захватывать наше ядерное оружие, брать с наскока наши центры управления и связи.

Помните: телеграф, почта, мосты, вокзалы?..

Наверное, самым впечатляющим оружием агрессии в Пятой мировой становится то, которое заставляет жертву по-идиотски улыбаться и не замечать того, что против нее воюют. Это действительно мечта: человека режут и грабят — а он переживает состояние блаженства.

И такое оружие уже есть. И Россия давно стала его испытательным полигоном.

В первые месяцы после предательского Хасавюртовского мира, ставшего во многом продолжением не менее ужасной избирательной кампании этого же 1996 года, Ю.В. Громыко и я, Юрий Крупнов, анализируя ситуацию и причины этого «политического дефолта» России, выдвинули концепцию «консциентальной войны» (см. выпущенный нами в 1996 году специальный выпуск альманаха «Россия-2010» «Кому будет принадлежать консциентальное оружие в XXI веке?» —.

Консциентальность происходит от латинского слова conscientia — «сознание» (а также, кстати, и «совесть»!) — и связана с сознанием. Соответственно, консциентальная война — война на поражение сознания.

В основе такого поражения лежит уничтожение человеческой способности к свободной идентификации, т. е. способности каждого из нас к самоопределению. Так, чтобы мы не могли ответить на вопрос: кем мы стремимся быть и в рамках какой культурно-исторической традиции намерены жить? Когда человек обладает самоидентификацией, он тверд в мыслях и действиях. Когда человек может сказать себе: «Я — русский, вот — моя страна, вот — мои национальные герои и русские святыни», то такой человек устойчив. Он знает свое место в обществе, он обладает сетью человеческих связей, он чувствует себя частью огромного национального организма.

Но если способность человека к самоидентификации уничтожить, то случится страшное. Тогда ему можно внушить любую идентификацию, убедив его в том, что он — не русский, а, скажем, эльф, гоблин или демократ. Человек теряет способность быть русским (китайцем, татарином, индейцем майя), превращаясь в чистый белый лист, на котором можно писать что угодно и рисовать все, что взбредет в голову тому, кто перед этим стерилизовал сознание человека-жертвы.

Идентификация строится на основании воображения — деятельности по порождению образов и сущностных символов. Именно символические ряды и само воображение подвергаются замещению или слому в первую очередь. Именно поэтому операция по уничтожению СССР — России началась с разрушения образов наших национальных героев и легенд нашей истории.

Человек не только теряет свой образ, но и перестает восстанавливать и выстраивать свой образ заново, перестает видеть себя глазами других людей, в том числе и глазами славных предков, своих гениев и святых, и, в конечном счете, теряет форму и строй сознания. Превращается в кисель.

Разумеется, в массовом плане базовую работу по поражению сознания в настоящее время выполняют средства массовой информации и коммуникации. С позиции оборонного строительства необходимо создание особого рода войск, которые могли бы предотвращать применение консциентального оружия или, при необходимости, использовать такое оружие. В период войны в Югославии в первой половине 1998 года существовал ряд проектов телеспецназа, или медиаспецназа.

Не случайно Дж. Аркилла и Д. Ронфельдт считают необходимым создание «специальных медиавойск» (the notion of creating «special media forces») и развертывания специальных геополитических сетевых систем типа ноосферной революции или ноополитики (Arquilla, John, and Ronfeldt David. The Emergence of Noopolitik: Toward an American Information Strategy // Santa Monica, Calif.: RAND, MR-1033-OSD, 1999), в рамках которых организуются необходимые медиасистемы.

Высшим достижением правильно организованной консциентальной войны — войны на поражение сознания и его способности к свободной идентификации — является создание такой ситуации, когда в самый разгар боевых действий и в условиях катастрофы у населения, включая и «профессионалов» политики и военного дела, включая «элиту», возникает абсолютно очевидное и трижды достоверное переживание наивысшего расцвета мира и бесконечной отдаленности войны…