Он лежал в той же позе, в какой она его оставила. Здоровый глаз смотрел на закат, а пересеченный шрамом совсем закрылся.

Роза опустилась на колени, развязала сверток, достала хлеб и кусок сыра.

– Я не дам тебе умереть, – сказала она ровным голосом, лишенным всяких эмоций. – Ешь, а там посмотрим, сможешь ли ты идти.

Гарет был тронут и смущен ее возвращением. Он ожидал от нее только презрения и безразличия.

В тишине послышался стук копыт. Ужас охватил Розу. Кто это? Люди де Ваннэ? Приспешники Морлейского епископа? Они вернулись удостовериться, мертв ли Хок? Она почувствовала страх и неотвратимость рока. Гарет был совершенно беспомощен, любой негодяй мог сотворить всякое бесчинство.

Роза увидела, что к ним приближается всего один всадник. Рыцарь скакал с востока, железный шлем золотило заходящее солнце.

Она дотронулась до плеча Гарета и спросила шепотом:

– Кто это?

Сердце у нее от страха выскакивало из груди.

Из последних сил Гарет приподнялся на локте и вздохнул с облегчением:

– Это Седрик, один из моих рыцарей.

Седрик подъехал и спешился.

– Милорд, мы впятером ищем вас по всем дорогам. Счастье, что я нашел вас так скоро, – он заметил, что Гарет ранен. – Кто?..

– Люди Талворка. Два священнослужителя и рыцарь.

– Серьезные раны, милорд?

– Ничего. Заживут. Какие новости, Седрик?

– Мы получили весточку от Джайлса. Он сейчас в Морлее. Джайлс подозревает, что епископ задумал взять Мастерсон приступом. Город может выдержать недельную осаду, но не более.

Гарет прикрыл глаза.

– Мы должны продержаться.

Седрик отвел взгляд.

– Милорд, есть еще одно сообщение.

Гарет нахмурился, его удивило замешательство Седрика.

– Говори, в чем дело!

– Ваши рыцари требуют, чтобы им заплатили, милорд. Они отказываются выполнять свои обязанности, пока не получат денег. Некоторые поговаривают об уходе.

Гарет откинулся на спину и вздохнул обреченно. Перед ним возник образ Мастерсона – родного города. Он принадлежал роду Хоков более сотни лет, и ни разу за это время нога врага не ступала за крепостную стену.

Его угнетало, что город может оказаться захваченным бесчестными и растленными священнослужителями Морлёйской епархии. К тому же, он никак не мог избавиться от навязчивой мысли: возможно, сейчас, после всего, что произошло, он изловчится заработать деньги. Гарет знаком подозвал Седрика, и когда тот приблизился, пробормотал ему прямо в ухо:

– Девушку… хватай!

Роза не успела сообразить, что происходит, как оказалась в крепких руках Седрика. Безо всяких раздумий и лишних вопросов он связал запястья девушки тонким кожаным ремешком, конец которого прикрепил к седлу.

Роза была взбешена и посылала на голову Гарета все известные ей проклятия. Не обращая внимания на ее ругательства, Седрик и Гарет недолго совещались вполголоса. Роза заметила, что Седрик через плечо посматривает ей на руки, и возблагодарила Бога, что догадалась заблаговременно спрятать кольцо в надежное место.

– Я силой заставлю девчонку отдать мне кольцо, и пускай тогда идет на все четыре стороны!

– Нет! – ответил Гарет. – Мы не должны ее отпускать, – Он с трудом изобразил улыбку. – Она моя жена, приятель.

Седрик уставился на Розу с изумлением, но вопросов задавать не стал. Гарет взял с него слово, что он никому не расскажет об этом браке, после чего Седрик помог хозяину сесть в седло.

Они тронулись в путь. Седрик шел впереди коня, а сзади плелась Роза. Ее испепеляющий взгляд, полный злобы, был направлен Гарету в спину: она надеялась растопить взглядом ледяной панцирь, в который, по ее разумению, было заключено его сердце.

Всего за несколько часов все мечты девушки рассыпались в прах. Ей открылось, каким на самом деле был человек, которого – еще недавно! – она так любила. С некогда оберегаемой и лелеемой леди муж теперь обращался как с какой-то преступницей. У нее ничего не осталось: ни слез, ни бранных слов. Только чёрная ненависть тяжелым гнетом лежала на душе.

Воспаленный мозг кипел от кошмарных дум и догадок. Ненароком она взглянула на потайное место в дорожном плаще, куда спрятала кольцо. Зачем оно понадобилось Гарету? Оно довольно массивное, но в нем не так уж много золота – его явно не хватит для спасения Мастерсона!

И вдруг ее озарило – Акасия! Страстное желание сделать свою дочь хозяйкой Браервуда заставило эту женщину нанять Гарета. Без сомнения, она пообещала ему крупную сумму за то, чтобы он украл кольцо.

– Сколько, Гарет? – опросила Роза, вложив в вопрос как можно больше яда. – Сколько тебе пообещала моя мачеха за то, что ты выкрадешь у меня кольцо?

Он промолчал, только спина его вздрогнула так, словно Роза с размаху вонзила ему в спину кинжал.

Это стало подтверждением догадки Розы.