— Идемте, мастер Редвинтер, — вмешался я. — Нам нужно поговорить. Доктор Гибсон, вы еще зайдете к больному?

— Да, разумеется, — кивнул лекарь. — Я навещу его сегодня днем.

На губах его мелькнула довольная улыбка, и я подумал о том, что за свои визиты к королевскому арестанту он получает хорошую плату.

Мы вышли из камеры, и Редвинтер запер дверь.

— Прошу вас, подождите меня в кабинете, — обратился он ко мне. — Я должен проводить доктора Гибсона и запереть дверь в башню.

Мы с Бараком спустились на один пролет и вошли в комнату тюремщика. Ночная рубаха, в спешке брошенная на пол, нарушала царивший здесь порядок. Я потер шею, которая ныла все ощутимее.

— Так вот он какой, Редвинтер, — изрек Барак. — В нем с первого взгляда видно инквизитора.

Он взял открытую книгу, лежавшую на стуле, и вслух прочел ее название:

— «Покорность истинного христианина». Такие люди часто любят душеспасительное чтение.

— И воображают себя исполнителями Божьей воли, — добавил я.

— В наше время таких исполнителей развелось слишком много, — усмехнулся Барак. — Но ваш Редвинтер не показался мне столь уж страшным. Похоже, он сам изрядно перетрусил.

— Вы правы, сегодняшнее происшествие выбило его из колеи, — ответил я. — Погодите, пока он придет в себя. Тогда и поймете, стоит ли его опасаться.

Я несколько раз прошелся по комнате взад-вперед.

— На его месте любой растерялся бы. Ведь он принимал все меры предосторожности, дабы предотвратить побег Бродерика. Ему и в голову не приходило, что кто-то может попытаться убить заключенного. Как, впрочем, и мне. А что, если покушение на Бродерика связано со смертью Олдройда и похищением документов? — неожиданно для себя самого предположил я. — По словам Малеверера, Бродерик имеет какое-то отношение к человеку по имени Блейбурн.

— Возможно, нам следует предупредить Редвинтера.

— Не думаю, — возразил я. — Это дело находится в ведении Малеверера, и он не давал нам подобного поручения.

Звук шагов, раздавшийся на лестнице, заставил нас замолчать. В комнату вошел Редвинтер. Закрыв дверь, он вперил взгляд в Барака. Затем повернулся ко мне и растянул губы в улыбке, обнажившей его мелкие белые зубы.

— Насколько я понимаю, мастер Шардлейк, вы сочли, что при встречах со мной вам необходима защита? — насмешливо осведомился он.

Даже сейчас он не оставил своих попыток уязвить меня.

— Мастер Редвинтер, сейчас не время для колкостей, — произнес я подчеркнуто бесстрастным тоном. — Нам предстоит обсудить весьма серьезные вопросы.

— Я приказал принести заключенному одеяла и жаровню, — сообщил Редвинтер. — У меня нет ни малейшего желания, чтобы человек этот умер, находясь на моем попечении, — добавил он с откровенной злобой. — Бог свидетель, смерть его мне вовсе ни к чему! Сейчас я намереваюсь допросить повара и хочу, чтобы вы при этом присутствовали.

— Но если бы заключенного отравил повар, он сразу скрылся бы, сделав свое дело, — заявил Барак. — Всякому ясно, что первое подозрение пало бы на него. Зачем ему оставаться в замке и ждать, пока его схватят?

Редвинтер смерил его пренебрежительным взглядом и процедил, обернувшись ко мне:

— Вы всегда позволяете слугам вмешиваться в ваши дела?

— Барак мой помощник, — отрезал я. — И то, что он сказал, отнюдь не лишено смысла.

— Вот как? — ухмыльнулся Редвинтер.

Взгляд его скользнул по синяку на моей голове.

— Вижу, вы побывали в серьезной переделке, мастер Шардлейк. Должно быть, ваши учтивые манеры вывели кого-нибудь из терпения?

— Я уже сказал вам: сейчас не время для колкостей. Идемте поговорим с подозреваемым.

— Идемте. Бог свидетель, я заставлю этого мерзавца выложить правду.

И, тряхнув в руке связку ключей, он сделал нам знак выйти из комнаты.

Повар, с обеих сторон окруженный солдатами, понуро сидел на табуретке в караульной. Как и полагается человеку его ремесла, он отличался изрядной упитанностью, лысая голова имела яйцевидную форму. Однако черты лица были резкими и заостренными, а в глазах бегали тревожные огоньки. Я не мог не признать правоту Редвинтера — этот человек одним своим видом внушал подозрения.

Тюремщик приблизился к заключенному и, уставившись ему прямо в лицо, растянул губы в зловещей улыбке. В комнате горела жаровня, из кучи углей торчала кочерга. Редвинтер быстро выхватил ее и сжал в руке. Повар судорожно перевел дух, не в силах оторвать взгляда от раскаленного докрасна конца. Даже я, стоя в нескольких шагах от Редвинтера, ощущал исходивший от кочерги жар. Солдаты, предчувствуя тягостную сцену, смущенно переглядывались.

Редвинтер погладил бороду свободной рукой и произнес негромко и вкрадчиво: