– А кто вы такие будете? – сказала она, выходя в коридор. – Что-то я вас раньше не видела.

– Родственники, – ответил Сергей с едва слышным вздохом. – Племянники. Вот, приехали навестить. Издалека, из-за города.

– Ох, как неудачно! – всплеснула руками соседка. – В такую даль ехали. И все зря!

– Это почему? – теперь подозрительность появилась уже в голосе Сергея.

– А забрали его вчера, – печально сказала старушка.

– Кто? – с трепетом в голосе спросила Майя.

– А эти, психиаторы, – ответила соседка, вновь всплеснув руками. – Он же всегда странный был. И вот, приехали эти доктора психические на своей машине, замотали его во что-то и увезли. А мне сказали "Не суетись бабка. Он буйный стал, а мы его вылечим".

– Вылечим? – в глазах девушки застыл испуг. Сергей нашел силы успокаивающе ей улыбнуться, и вновь обернулся к старушке.

– А куда его увезли? – поинтересовался он. – В какую именно больницу?

– Да в эту, на Июльские дни, – ответила соседка уверенно. – Марья Степановна сказала, что больше некуда. Она тут ближе всего, да и держат там как раз таких.

– Ладно, спасибо, – пробормотал Сергей севшим голосом. – Попробуем навестить дядюшку там. – До свидания.

– До свидания, – эхом откликнулась Майя.

Соседка не ушла в квартиру, и все продолжала смотреть им вслед.

Полог из падающих снежинок более не внушал приятных ощущений, скорее, он смотрелся погребальным саваном. Когда они выбрались к остановке, Сергей повернулся к Майе, и жестко сказал:

– Вот что, ты езжай домой. По психушкам я без тебя поеду.

И тут девушка сделал то, на что ранее не отважилась бы и во сне – пошла наперекор учителю.

– Нет, – ответила она. – Поедем вдвоем. И каким образом ты будешь искать Отшельника? Объезжать все заведения? Ведь нельзя же считать сообщение от какой-то Марьи Степановны абсолютно достоверно?

– Нельзя, это точно, – Сергей несколько опешил от неожиданного напора ученицы. – Но если я возьму тебя, то как это мне поможет в поиске?

– Я смогу его отыскать, – произнесла девушка, и лицо ее при этом осветилось такой внутренней уверенностью, что Сергей понял – сможет. – Не точное местоположение, а направление.

– Хорошо, – Сергей кивнул. – Пойдем.

Газетный киоск нашелся на ближайшем перекрестке. В нем удалось купить ручку и карту города.

Сергей долго шуршал бумажным полотнищем, пахнущим типографской краской, затем с довольным сопением поставил на карте точку:

– Вот мы здесь. Ищи.

Девушка закрыла глаза, глубоко вздохнула. Затем лицо ее стало медленно бледнеть, и когда почти сравнялось цветом с порхающими вокруг снежинками, Майя начала двигаться. Повернулась примерно на четверть круга и замерла, словно застыла. Сергей боялся даже дышать, чтобы не помешать, не сбить настрой…

Пройдя полный круг, девушка открыла глаза, и подняла руку, указывая на северо-восток.

– Там, – сказала она, и лицо ее, к облегчению Сергея, начало принимать нормальный цвет.

– Отлично, – сказал он преувеличенно громко. – В той стороне всего одно учреждение из тех, что нас интересует. И именно на улице Июльских дней.

– А откуда ты знаешь, где и сколько в городе психбольниц? – поинтересовалась Майя серьезно.

– Наслышан, – ответил Сергей, пряча карту в карман плаща. – От старших соратников. В семидесятые годы в психушках побывали многие из магов.

Больница оказалась невысоким длинным зданием желтого цвета, и была огорожена каменным забором с колючей проволокой наверху. За ним торчали огромные скелеты тополей, слегка припорошенные снегом. Ветви жалобно скрипели на студеном ветру.

В приемном покое посетителей встретили недружелюбно. Тетка в белом халате, что комплекцией поспорила бы с бегемотом, злобно глянула на них из окошечка.

– Что надо? – спросила басом.

– Мы к Епифанову, Николаю Павловичу, его вчера должны были к вам привезти, – сказал Сергей уверенно и спокойно, но Майя чувствовала, как он напряжен.

– Время для посещений с пяти до шести, – мрачно пробубнила тетка.

– Мы издалека, и вечером не можем, – Сергей улыбнулся. Майя ощутила отзвук магического воздействия, и тетка сдалась.

– Сейчас позвоню, узнаю, – буркнула она, и принялась крутить диск на старом, облезлом телефонном аппарате.

Потянулось ожидание. Тетка кого-то о чем-то спрашивала, потом перезванивала. Так повторилось три раза. Затем она с грохотом положила трубку, и высунувшись в окошко, пробасила:

– Помер он.