Шрифт:
В № 10 газеты «Дуэль» за 2009 год опубликована статья Ю. Новоселова из Николаева, что на Украине, где автор утверждает, что «вышли в свет мемуары Крючкова, Павлова, Шенина, Болдина… в которых нет ответа на вопрос, кто играл на поражение? Почему затеяли переговоры с Ельциным, когда его место было в Матросской Тишине, и время это подтвердило»?
Это неверно сразу в двух отношениях.
Во-первых, О.С. Шенин мемуаров никогда не писал — у него просто нет на это времени.
Во-вторых, не будучи формально членом ГКЧП, он вместе с О.Д. Баклановым как раз настаивал на аресте Ельцина и его команды.
Об этом он неоднократно говорил в многочисленных интервью и публичных выступлениях. Вот, например, выдержки из его интервью сотруднику международного отдела ЦК Бельгийской партии труда Жефу Боссойту 5 мая 2004 года:
«Я вообще не голосовал за Ельцина никогда в жизни. Надо сказать, что нас с Ельциным связывала партийная работа. Когда я еще был секретарем (не первым) Красноярского Крайкома КПСС, то отвечал за капитальное строительство и административные органы. А его из Свердловска забрали заведующим строительным отделом ЦК КПСС. В СССР тогда на строжайшем контроле ЦК КПСС находилось около ста строек. Из них 24, 25–27 были у нас в крае. Одна четверть от всего Советского Союза. Но я никогда не звонил Ельцину. Ельцин никогда не звонил мне. Я никогда не бывал у него в кабинете, а Ельцин никогда не приезжал к нам в Красноярский край…
Я его знал по Свердловску, мне о нем многие люди рассказывали, и поэтому я считал, что с этим человеком иметь дело нельзя…
19 августа я провел Секретариат, объяснил обстановку, Секретариат со мной согласился, я подписал шифрограмму в адрес ЦК Компартий, обкомов и райкомов о принятии мер по участию коммунистов в содействии ГКЧП, и в 10 часов 50 минут утра она была отправлена…
Я имел в виду, что народ выйдет на улицу и поддержит ГКЧП, поскольку понимал, что со стороны Ельцина будет огромное противодействие. Надо было изолировать Ельцина, изолировать Попова, изолировать Лужкова, изолировать Гдляна, изолировать Иванова… В моем представлении дело обстояло именно так. Так и намечалось. Но, к сожалению, действий решительных не последовало…
Ельцина надо было арестовать еще раньше. Он был в Казахстане, летел обратно, садился в Оренбурге. Там его и надо было арестовывать. Тогда в стране была бы совсем другая обстановка…
В ночь с 20-го на 21-е в кабинете председателя КГБ Крючкова прошло совещание. Там были мы с Баклановым, зампред Совмина Воронин, несколько генералов — Варенников, Ачалов… Обсуждался вопрос о штурме Белого Дома. Я и Бакланов настаивали на штурме до конца. Все остальные сказали, что это опасно, что будет кровь. Мы заявили им о том, что или малая кровь сейчас, и потом нормальная страна без крови, или потом — большая кровь. Мы оба твердо отстаивали эту позицию.
Но мы остались вдвоем. Остальные все сказали, что нельзя. Это очень опасно, будет много жертв, много крови. Но я знал наших специалистов, знал группу «Альфа» и убежден, что никакой большой крови там бы не было. Кончилось бы тем, что всю эту банду, которая командовала этим делом, просто арестовали, и все бы утихло и улеглось». С.И. Тарасов
Незадолго до конца 2007 года (2 декабря) в удобном для обстоятельств месте (в парке им. Горького) мне довелось встретиться с начинающей поэтессой Ольгой Кучеровой, нашей землячкой, уроженкой города Батайска, где продолжает жить её мама Татьяна Ивановна (сама же поэтесса, в силу обстоятельств, переехала жить в Сургутский район).
Своё первое издание “Без лиц”, подписанное в издательстве “Чароит”, Екатеринбург, 2007, она с мамой любезно предлагала прохожим, желая получить оценку её первого шага. Заинтересовала она и меня, может быть, потому, что и сам-то иногда берусь за перо с этой же целью (хотя не публиковался ни разу) помимо того, что занимаюсь патриотическим воспитанием подрастающего поколения. Да, как и у каждого из нас в любом деле, не всё здесь гладко и сладко, но важен сам результат.
Вот что говорит об этом её мама: «Путь дочери не по-детски тернист, но именно она меня, приверженку прозы, заставила взглянуть на поэзию иными глазами, иными понятиями (ныне она девушка, она не ребёнок).
Приведу пример произведения, которое очень соответствует нынешнему молодому поколению, хотя это касается не всего его.
Я НЕНАВИЖУЯ ненавижу, когда лгутОткрыто, нагло и в глаза.И ненавижу, когда пьютОт слабости, тем боль глуша.Я ненавижу, когда бьютФизически, а не морально,И не люблю, когда орутОт слабоумия, наверно.Я презираю тех, кто льститИ мило улыбается в лицо,И жаль мне тех, кто любит мстить,Простить труднее ведь всего.Я ненавижу, когда людиМеняют лица за спиной;И меня бесит, когда судятИ обсуждают всей толпой.Мне тошно видеть зависть друга,Высокомерие его,Его хвастливость мне смешна,Дай Бог мне избежать сего!Добавить остаётся лишь одно — Бытие определяет сознание.
В завершение своего отклика остаётся сказать: Большому кораблю — большое плавание. И пусть даже поэтесса займётся и прозой, убеждён, она будет выглядеть не хуже, чем стихи.
В.П. Усенко, военный историк, музейный педагог, г. Ростов-на-Дону
Вопрос вполне справедливый, логичный и обоснованный. Особенно если брать во внимание реалии жизни в стране и действия властей в отношении этнического большинства, государствообразующей нации, фундамента всей государственности — русского народа.