— Получилось? — с нее аж весь сон как рукой сняло. Голос мгновенно стал бодр и полон ожидания чуда. Вот такая у меня профессия — работать Золотой Рыбкой.

— Я свою работу сделала, — сухо сказала я. — Обряд проведен как полагается. Но возникли накладки с вашей стороны.

— Какие? — напряглась она.

— Я просила вас обеспечить мне полное одиночество во время обряда?

— Ну да. Так мы с Женькой ушли из квартиры, у матери моей ночуем. Я все сделала, как вы сказали!

— Но, тем не менее, когда я проводила обряд — по квартире шастала девица!

— Какая такая девица? — изумленно переспросила Ирина Сергеевна. — Ключи только у меня, сына, да у вас.

— Я не знаю, кто она, — терпеливо сказала я. — Ибо, как вы сами понимаете, круг ваших друзей-родственников мне незнаком. Но не ко мне же она пришла.

— А выглядела как?

Я закатила глаза к потолку, отсчитала до десяти и очень вежливо описала гостью:

— Лет шестнадцати, толстенькая, низенькая, короткая стрижка, шатенка.

— Не знаю такой, — потрясенно сказала женщина.

— Ну, вы там сами разбирайтесь, а я звоню, чтобы поставить вас в известность, что колдовство у меня не получилось из-за девицы, и это не переделывают. Так что надо с вами встретиться и отдать половину оплаты, ибо сорвалось не по моей вине.

— Женька! — тревожно закричала женщина. — Женька, иди сюда!

— Перезвоните позже, дабы уладить финансовые вопросы, — холодно сказала я в трубку и отключилась.

Ибо понятно, что вздорная маменька решила устроить скандал сыночку — мол, признавайся, кому ключи давал.

Потом подумала и набрала номер Дэна. Он сегодня ночует не дома, у них с его дружком Лешкой Романовым новый бзик — перебирают старинный Мерседес. Говорят, что еще немного — и он будет ездить. Я в это слабо верю, но чем бы дитя не тешилось, лишь бы по бабам не бегало.

Телефон моего любимого парня сообщил: «Абонент не отвечает либо временно недоступен».

«Четыре утра вообще-то, — хмыкнул внутренний голос. — Добрые люди спят! А кое-кому на рассвете еще придурочную тетку отчитывать!»

Мда.

Тетка и впрямь была придурочной, с этим не поспоришь. Вздорная, крикливая, она двадцать лет пилила своего муженька. А теперь, когда он нашел хорошую женщину и хочет к ней уйти, — опомнилась, прибежала ко мне и принялась лепетать о своем возрасте, о том, что кто ее теперь замуж возьмет, и о детях совместных. Мужа ее я полностью понимала, однако что соединил Господь, то человек да не разлучит. Не одобряет Господь разводов.

Посему тетеньке я сказала: возьму ее в работу, но только если она согласится оплатить не только возврат мужа в семью, но и коррекцию своего нрава.

Та повыделывалась, попыталась доказать, что она-де ангел божий, это мужики свиньи, но в конце концов все же согласилась, видя мою непоколебимость.

Так что теперь придется мне этого ангела на рассвете отчитывать от паскудного характера.

Впрочем, вздремнуть немного не помешает, и я принялась переодеваться в ночную сорочку, чистить зубы, а мысли мои были полны неудовольствием. Я, надо сказать, девушка мнительная и довольно истеричная. Другая б плюнула да забыла, а я сейчас буду неделю стонать и рассказывать Баксу о том, как мне какая-то редиска весь обряд порушила. И не в деньгах тут дело, просто я действительно люблю свою работу. Люблю то чудесное ощущение спокойного всемогущества, которое приходит после удачного обряда. Не знаю, как его описать, но каждая ведьма твердо знает, получилось у нее колдовство или она работала впустую.

А сегодняшний обряд был точно крепким и он бы работал. Я чувствовала это всей своей душой. И потому очень обидно было, что эта девица взяла и все попортила…

Забравшись под пуховое одеяло, я щелкнула пультом кондиционера, выставила шестнадцать градусов и ветерок «зимняя свежесть». Люблю контрасты.

Бакс немедленно прибежал и зарылся с ушами под подушку, один хвост наружу. Он у меня существо нежное, теплолюбивое.

— Через два часа буди, рассветные обряды надо делать, — велела я ему.

Черный хвостик согласно махнул.

На кресле под грудой небрежно кинутой одежды запиликал сотовый.

«Помереть мне спокойно никто не даст», — злобно подумала я и выползла из-под одеяла.

— Да! — рявкнула я в трубку.

— Магдалина, это Ирина Сергеевна.

— Слушаю, — сбавила я тон.

— Мы прямо сейчас с Женькой хотим домой ехать, — сумрачно поведала она. — Вы не могли бы тоже приехать, девицу поподробнее опишете, расскажете, как было.

— Сейчас? — изумилась я.

— Это важно! — твердо ответила она.