При воспоминании о золотоволосой девушке уголки губ дернулись в неопределенной улыбке. Хитрющая штучка, ничего не скажешь. Хочет немного поживиться. На вид не больше пятнадцати, от силы шестнадцать. Очаровательные глазки… Синие, глубокие, как безоблачное летнее небо в прерии. Нежная кожа, такая мягкая и розовая… Так думал Калеб, поглядывая на кончик своей сигареты.

Решительно тряхнув головой, он бросил окурок в камин и прошел на кухню. Пошарив в седельных мешках, которые привез с собой, решил поужинать подсохшим кексом. А вот завтра устроит себе пир, благо, ресторан совсем рядом.

Завтра. Надо разузнать, что там творится в банке, а через несколько дней выехать на ранчо, чтобы навести там порядок. Никакой спешки, раз делами там заправляет Джо Бригмэн. Этот парень обожал «Рокинг-С», словно это была его собственность.

Потерев подбородок, Калеб подумал, что от ранчо лучше отделаться. Когда-то это место было единственным, что пробуждало воспоминания о прошлом, только там он чувствовал себя дома. Сомнения жгли душу: сможет ли он и сейчас быть там хозяином, вернее, стать им?

Тяжелый вздох вырвался из груди. Неужели все это на самом деле принадлежит ему? Не лишний ли он тут? Не чужак?

Он свернул еще одну сигарету, глубоко затянулся и снова задумался о том, что могло повлечь за собой получение неожиданного наследства.

Как ни верти, раньше или позже придется распорядиться ранчо и домом. Надо будет прийти к конкретному решению: обоснуется ли он в Шайенне, переедет ли на ранчо, или вовсе решит навсегда убраться из города. Долгих двенадцать лет у него не было собственного пристанища, так, мотался с места на место, нигде не пуская корни. Но сейчас… Сейчас все неожиданно изменилось.

Впервые это дошло до Калеба. Дункан Страйкер умер, его больше нет на свете, а ранчо «Рокинг-С» принадлежит Калебу, и только ему. Все – строения, стада скота, загоны, ковбои – все теперь его.

– Мое. – Он произнес это слово вслух, потрясенный волной возбуждения от этой мысли, и налил для подкрепления солидную порцию виски. – Все теперь мое.

Теперь он понял, что делать. Ранчо надо непременно оставить, чтобы и дальше поставлять скот индейцам, как это делала его мать. Это будет маленькой местью почившему старику, и так он воздаст должное светлой памяти мамы.

Калеб огляделся. Все-таки хорошо снова оказаться дома, тем более сейчас, когда ненавистного старика больше нет в живых. Дух матери витал над ним, он явственно ощущал это в теплом воздухе.

«Все будет хорошо, сынок». Он свято верил словам, тихо шелестящим в его ушах.

Келли отвела со лба выбившуюся прядку волос и со вздохом понесла в кухню поднос, уставленный грязной посудой. Потом вернулась в обеденный зал и стала протирать влажной тряпкой покрытый клеенкой стол, прежде чем приступить к раскладыванию чистых приборов.

Был полдень, самое тяжелое время дня. Большинство столиков было занято. В основном завсегдатаями семейного ресторана Мод Колтон являлись одинокие холостяки, дважды в день приходившие отведать настоящей домашней пищи и послушать болтовню Фанни Монро. Это была их кухарка, и хотя она не отличалась привлекательностью и весила под двести фунтов, мужчинам нравилась седовласая толстушка с веселыми лучиками морщинок вокруг глаз. По нескольку раз на дню она покидала кухню, чтобы поприветствовать посетителей и перекинуться с ними парой слов. Миссис Колтон не одобряла панибратскую манеру ее поведения, но она была слишком умна, чтобы раздувать из-за этого скандал: Фанни Монро считалась лучшей кухаркой в городе, и ей не хотелось ее лишиться.

Келли убирала только что освободившийся стол, как вдруг заметила, что в зале воцарилась непривычная тишина. Оглянувшись через плечо, он поняла причину внезапного затишья. В дверь вошел Калеб Страйкер.

Девушка расстроенно покачала головой. Что за денек! Сначала пришел Ричард Эштон и начал с мерзкой липкой ухмылочкой приставать к ней со своими непристойными намеками. Теперь этот Калеб Страйкер.

Вспомнив, что накануне наградила его оплеухой, она почувствовала, как вспыхнули щеки. Неужели он пришел поквитаться, мелькнула неприятно кольнувшая мысль. Этого еще не хватало!

С пересохшими губами она наблюдала, как красавец метис подходит к свободному столику. Мускулистое тело двигалось с грациозностью степного волка, вышедшего на охоту. Одет он был, как и вчера, в серую майку, облегающие штаны и высокие мокасины.

Не обращая внимания на произведенное на присутствующих впечатление, он швырнул шляпу на стул рядом со своим и потянулся за меню. Казалось, он не заметил и Келли, но у нее появилось странное ощущение, что он не только знает причину возникшей тишины, но и успел прикинуть точное количество находившихся в зале. А всё его глаза, подумалось ей, его холодные острые серые глаза.