— По-твоему это хорошо? — Усомнился король.

— Еще бы! Теперь сюда пожалует его светлость маркграф Регель — и как раз попадет на постановку моей мистерии… Подождем полчасика.

Спустя полчаса на дороге показалась колонна сверкающей сталью кавалерии. Остановившись на порядочном расстоянии от замка, воины растеклись в ширину. Показались пешие стрелки. Важный сеньор в золоченых латах, осененный знаменем, махнул рукой. Повинуясь этому жесту несколько конников поскакали в деревню. Вскоре они вернулись в сопровождении трех сервов покойного сэра Грока. Крестьян подвели к начальнику — эльфы видели, что крошечные серые фигурки, упав перед важным сеньором на колени, быстро кланяются. Затем (когда каждый коленопреклоненный по несколько раз качнулся словно болванчик) крестьяне — все так же не вставая с колен — принялись указывать в сторону замка и по-видимому что-то объяснять.

— Сейчас, — объявил Филька, — они говорят военачальнику людей, что эльфы почти все вернулись на свой берег, разграбив замок. Что осталось лишь несколько.

— А может, они рассказывают ему весь твой хитрый план?..

— Нет. Мы же с ними договорились.

— Ты веришь их честности? Честности предателей?.. Эльфы скорее умерли бы, чем обманули своих братьев в таком деле.

— Они не эльфы. И сеньоры им — не братья. А я обещал им неприкосновенность.

Тем временем один из рыцарей повелительно махнул рукой и, видимо, что-то приказал — серые фигурки вскочили с колен и попятились, кланяясь. Затем повернулись и бросились наутек. А к замку направилось около десятка всадников.

— Войско не перестраивается, — заметил Филька, — значит, их начальник поверил.

Разведчики неторопливо приближались к распахнутым настежь воротам. Когда им оставалось проехать несколько десятков метров, Филька негромко свистнул — из замка выскочили семь эльфов и опрометью бросились к лесу. Всадники опешили от неожиданности и беглецы успели получить кое-какую фору. Но кавалеристы быстро сообразили — и пришпорили лошадей, устремляясь в погоню. Они орали и улюлюкали, нахлестывая коней — и почти сразу за ними спохватились и оставшиеся у дороги всадники. Все разом — не соблюдая строя и забыв об осторожности — бросились следом за улепетывающими эльфами, спеша принять участие в потехе…

Филька стукнул кулаком в свою ладонь:

— Получилось! Получилось — теперь они в наших руках!

Действительно, бегущие эльфы достигли леса, лишь на несколько метров опередив погоню, всадники всей огромной толпой вломились в чащу следом… Они, разумеется, не подозревали, что на ветвях деревьев и в зарослях кустов их поджидает несколько сот эльфов с луками наготове. А в лесу закованные в сталь всадники лишались своих преимуществ перед нелюдями. Поэтому никогда опытные воины не сунутся в лес, где может быть засада эльфов — Филька мог по праву гордиться. Его замысел завершился полным успехом, сейчас Аллок Ллиннот и его воины легко расправятся с зарвавшимися кавалеристами. То есть «легко», конечно, относительно — но расправятся.

— Ну что, князь, — воодушевленно спросил Трельвеллин, которого заразил энтузиазм зятя, — теперь мы ударим на их пехоту? Ведь без своих кавалеристов эти люди не смогут нам противостоять?

— Подождем немного, — важно ответил Филлиноэртли, — пусть сперва до них дойдет смысл происходящего. Когда они осознают, что их господа слишком долго не возвращаются, то станут не так храбры!

Черный монстр и белая женщина воззрились на странное дитя, в их взглядах ужас мешался с удивлением. А младенец отошел в сторону (все же ноги его немного заплетались) и с вызовом в голосе прокаркал:

— Что? Удивлены? Но я ведь обещал вернуться!

— Ты? — Гигантское ужасающее существо делает шаг по направлению к ребенку, но тот проворно отскакивает в сторону, сохраняя дистанцию:

— Эй, эй, сынок, поосторожней!..

— Ты боишься меня?

— Ну не то, чтобы… Но это тело еще недостаточно хорошо функционирует.

— Зачем ты явился?

— То есть как это зачем? Чтобы довести дело до конца, разумеется. Мистерия окончена — и нужно опустить занавес, сделав это достаточно красиво. Сначала по Миру пронесутся призрачные Гуэнверны, трубящие в серебряные рога… Далее — грозные знамения. Кровавая луна, тучи странных птиц, затмение солнца… А потом… Потоп? Или подземное пламя — что по-твоему лучше, сынок?..

— Ты…

— Я, знаешь ли, сперва думал совместить все — ну, ты понимаешь… Снизу пламя, сверху — вода… Но все ведь мгновенно затянет облаками пара и красоту разрушения никто не сможет оценить. Да, Конец Мира — тут было над чем подумать… Теперь я вернулся, имея четкий план относительно завершения этой игры.

— Игры? — Впервые подала голос женщина. — Но как же наши дети? Твои дети? Это — тоже по-твоему была игра?

— Ну разумеется, доченька! Это было, пожалуй самой интересной частью игры… Самой пикантной частью — ты не находишь?

— Ах ты… — даже грозно сдвинутые брови и сжатый рот не могут сделать это лицо грозным или страшным, — ты не посмеешь погубить Мир. Наш Мир.

— Любимая, — обращается к женщине Черный, — теперь ведь ты не будешь возражать, если я разделаюсь с ним?

— Я буду рада! Он погубил наше Дитя, чтобы легче найти лазейку в Мир! Убей его!

— Интересно, как ты собираешься сделать это? — Хихикает младенец. — И хватит ли у тебя сил?

— Хватит… Особенно пока твое тело «недостаточно хорошо функционирует».