В ресторане был на удивление богатый ассортимент табачных изделий, и я с шиком достал пачку «Кэмэл».

– Я тоже хочу, – жалобно пропищала Мурзилка.

– Я всегда считал, что моя жена ни в коем случае не должна курить, – прокомментировал я. – Маленькая, ну что я могу сделать? Вот заберут нас обоих. Придется тебе бросить.

– Тогда ты не кури, – капризно ответила она.

– Миленькая! Но я же не собираюсь бросать! Так ты уж постарайся привыкнуть к своей незавидной доле.

Мурзик обиделась, а я, чтобы отвлечь ее, начал с главного:

– Вот только теперь я понял, каким хорошим человеком был Леонид Ильич!

– Скорей всего мы узнали, какая сволочь этот Суслов! – отпарировала Мурзилка. – И если мы здесь останемся навсегда, то я не выдержу и повешусь!

– И ты собираешься меня бросить одного?

– А чего тебе-то? Я ведь плохая злобная Мурзилка, а ты уважаемый человек – орденоносец! Ты без жены не останешься!

– А почем ты знаешь, может у них тут каждый второй орденоносец, а каждый первый – зек!

– Которого ты умудрился изловить в Воркуте?

– А-а! Не сыпь мне соль на рану! Как вспомню, что после отпуска придется в забой, так сразу же начинаю сочувствовать организаторам контрреволюции!

– Я без забоя сейчас их здесь всех перестреляла б!

– Будешь кабанеть, то при данной политической обстановке я с тобой разведусь.

– Ты женись сначала на мне!

– А вот это ты брось! Как бы ты меня ни любила, то есть я хочу сказать не любила, а спать тебе со мной придется по-настоящему! Инфракрасные объективы – не такая уж фантастика, а гнить до конца своих дней в лагерях из-за твоей блажи я не хочу!

– Ничего себе блажь!..

– Слушай, Мурзик, я конечно понимаю, что тогда я с тобой переспал пару раз на халяву и твое отношение ко мне в корне изменилось, но ведь ты не девочка и в данной ситуации ломаться просто глупо.

– Только из-за того, что по чьему-то дурацкому желанию я должна с тобой лечь в постель, я ни за что не буду делать этого! Ты меня знаешь!

– К сожалению, я тебя на самом деле знаю. Эх, один черт ехать в Воркуту! Вольным-невольным, а забоя мне не миновать. Правильно, Мурзик! Ни фига! Хоть полчаса, а мы все же будем свободными от чьей-то злой воли. А потом и умереть не страшно, – сказал в сердцах я и громко запел:

«Вихри враждебные веют над нами!»

На нас стали оглядываться прохожие и, наверное, от того, что я пел красиво и с чувством, или же усмотрев в этом новые веяния, они стали, по-моему, тихо мне подпевать.

Мурзик, испугавшись последствий назревающих революционных настроений масс, зашипела:

– Замолчи! Рожа!

– А чего ты испугалась, все равно нас утром возьмут! Лучше уж сейчас, чем после ночного позора!!!

– Замолчи, а то я и в правду с тобой не лягу!

– Все, я молчу, – прошептал я, но Мурзик еще долго злилась, слыша время от времени из уст представителей народа текст «Варшавянки».

– Димик? Может, это все нам приснилось? – спросила меня Мурзик.

– Если бы.

– Но ведь посмотри по сторонам. Москва ведь прежняя. И люди такие же. Может они просто пошутили? Может у них тут игра такая!

– Я бы с удовольствием поверил бы в игру, но ты же видела наши новые документы? «Разрешение на въезд в Москву» и т. д.?

– Слушай! А откуда взялись эти чемоданы?

– Откуда? Мы же с тобой вместе нажимали красный огонек.

– Да… Кажется ты прав… А откуда в них наши документы?

– Да… Вопрос конечно интересный! Ведь и костюмчик пришелся мне в пору. А ведь до сих пор я ни одного костюма себе не мог купить в магазине. Все приходилось шить на заказ.

– Мне страшно, Димик.

– Мне тоже страшно, за тебя.

– Что вообще с нами происходит?

– Знаешь, я недавно прочел роман братанов Стругацких «Отверженные» или как там… И вот там кто-то, вроде инопланетян, проводил глобальный эксперимент над людьми. Они собрали со всей Земли недовольных жизнью людей и, обеспечив их более-менее сносно, предоставили им вариться в собственном соку… Короче, дали им свободу действий на свободной территории, а сами наблюдали за ними…

– Ты хочешь сказать, что над нами кто-то экспериментирует?

– Очень похоже. Уж больно это не похоже на случайность. И машинка срабатывает только когда она у тебя в руке, а я нажимаю. И эти чемоданы, очень похожие на «сухой паек». И вообще все слишком заорганизовано!

– Слушай! А ведь мы так до конца и не посмотрели, что в них лежит.

– Придем и посмотрим. Но я уверен, что в них есть все необходимое для нашего нормального здесь существования! И мы конечно сделали большую ошибку, что сразу их не разобрали! У меня есть чувство, что там помимо обиходных вещей лежит что-то вроде твоего кулона, и будем молить Бога, чтобы у нас не было сейчас там обыска.