________

Из факта письма видите, что я в Ванве. Лето было чудное, но с вынужденным безделием (писательским). Теперь — навёрстываю.

У нас все простужены, холод и беспорядок.

Жду отклика и целую. Детям сердечный привет.

МЦ.

<Приписки на полях:>

На Юге были еще и Паррэны [1557] (N<ouvelle> R<evue> F<rancaise>, и я отлично могла устроить свою прозу (Lettres). [1558] РОКОВОЕ. Когда немножко обойдусь, попытаемся устроить встречу.

Мура за «esprit trop m^ur pour son ^age» [1559] перевели через класс. Сейчас он учит англ<ийский> яз<ык>.

18-го Октября 1935 г.

65 (ancien 33), rue J. В. Potin

Vanves (Seine)

Дорогая Ариадна,

Убеждена, что операция удалась и что Бутя [1560] на Ваших глазах начнет поправляться — начиная с первого пюре — так было с Муром.

Только одно: после операции — непременно — бандаж: что бы Вам ни говорили. Сейчас «мода» — не надевать бандажа, но мода может завтра пройти, а живот (Бутан) останется, и важно, чтобы остался в наилучшем виде. Алексинский — светило аппендицита и вообще виртуоз операции — бандажа не предписал, а Мур носил — недолго — ровно месяц после того как встал, и снял по предписанию врача, в Фавьере. Не забудьте, что у детей вообще резкие движения, а инстинкта самосохранения — как у животных — нет. И, вообще, неопрятно, ненадёжно — говорю о самом ощущении — ничем не защищённый живот, после такой встряски. (Мур упорно не хотел снимать бандажа и проносил его несколько лишних дней — в бандаже-же, к концу третьей недели, бегал.)

Н'y — вот.

Бандаж заказывается заочно, точно (не стягивая и не прибавляя) сняв мерку, какую — Вам скажут в магазине, только не забудьте резинки (Муру не сделали, ибо был июль и никто не носил чулок), а то все время лезет вверх.

_______

Рукопись от Juillard’a уже получила, — молодец! Не только не затерял, но выслал заказным. Теперь смогу заняться своей поездкой: пока что выслала им свою прозу о Рильке (1927 г. — Твоя смерть) — м. б. найдут переводчика: моя проза, говорят, трудна (NВ! — точна) — я бы сама перевела, но сейчас, после 12-ти лет Франции — физически отвыкла от немецкого, хотя на глубину знаю его лучше французского, ибо он — роднее. (Только что заметила, что Жюльяра произвела от Juillet, а не от Julie: [1561] надо Julliard…)

Напишите, когда собираетесь домой и всё об операции и ходе выздоровления.

Целую Вас и девочек, особенно — пострадавшую. Мур тоже о них вспоминает с большой дружественностью. Учится он — перескочив — отлично.

МЦ.

7-го янв<аря> 1936 г.

Vanves (Seine)

65, rue J. В. Potin (старый дом, но новый №)

С Новым Годом, дорогая Ариадна!

Давно жду весточки. Последнее от Вас — известие о Бутиной операции, я тотчас же ответила (в Бельгию) — и молчание.

Надеюсь, что Бутя совсем уже поправилась и никаких новых болезней в Вашем семействе — нет.

Очень жду ответа, а пока сердечно приветствую и желаю Вам в Новом Году — нового.

МЦ.

23-го янв<аря> 1936 г., четверг

Vanves (Seine)

65, rue J. B. Potin

Дорогая Ариадна,

Значит, Вы живы и всё хорошо.

А я уже думала, что Вы навсегда остались в Бельгии, и Ваше молчание истолковывала циническим a quoi bon? [1562] (раз все равно уже не встретимся).

Нет, т'aк лучше: Vaucresson и St. Lazare.

Итак, встречайте нас в воскресенье с означенным поездом. Сердечно радуюсь встрече.

Я как раз на днях написала Гартманам с запросом о Вас, а ответили — Вы. (Они мечтали нас с Вами совместно пригласить.)

Обнимаю Вас и девочек, Мур шлет мужской привет и тоже очень радуется встрече.

Итак, мы выезжаем с поездом 11 ч. 30 с С<ен->Лазара и слезаем в Vaucresson'е.

МЦ.

<Приписка на полях:>

Какая у Вас легкомысленная вилла! Особенно в соседстве с аббатом. Что-то мопассановское. [1563]

15-го февр<аля> 1936 г., суббота

Vanves (Seine)

65, rue J. В. Potin

Дорогая Ариадна,

Ужасно жаль, но в воскресенье у нас две вещи: в 4 ч. семейный визит и в 9 ч. концерт — о<бщест>ва, в к<отор>ом я сотрудничаю (переводы нем<ецких> и русск<их> песен на французский). [1564] Поэтому — дважды невозможно.