Урна
вернуться

Белый Андрей
Шрифт:

1908

Москва

ВЕСНА

Уж оттепельный меркнет день.Уж синяя на снеге тень.Как прежде, у окна вдвоемПопыхиваем огоньком.Мгла пепельный свой сеет свет.Уехала она… Но нет —Не примиренье, не забвеньеВ успокоенье чую я.Из зеркала, грустя, отображенье —Из зеркала кивает на меня.И полосы багровые огня,И отблески далекие селенья, —Истома улетающего дня…Рояль… Ревнивое забвенье.Я говорю себе:«Друг, взор полуживой закрои:Печален кругозор сырой,Печален снеговой простор,И снеговой сосновый бор,И каркающий в небе грач,И крыши отсыревших дач,И станционный огонек,И плачущий вдали рожок…»

1908

Москва

ВОСПОМИНАНИЕ

Декабрь… Сугробы на дворе…Я помню вас и ваши речи;Я помню в снежном серебреСтыдливо дрогнувшие плечи.В марсельских белых кружевахВы замечтались у портьеры:Кругом на низеньких софахПочтительные кавалеры.Лакей разносит пряный чай…Играет кто-то на рояли…Но бросили вы невзначайМне взгляд, исполненный печали.И мягко вытянулись, — всяВоображенье, вдохновенье,—В моих мечтаньях воскресяНевыразимые томленья;И чистая меж нами связьПод звуки гайдновских мелодийРождалась… Но ваш муж, косясь,Свой бакен теребил в проходе…_______Один — в потоке снеговом…Но реет над душою беднойВоспоминание о том,Что пролетело так бесследно.

Сентябрь 1908

Петербург

В ПОЛЕ

Чернеют в далях снеговыхВерхушки многолетних елейИз клокотаний буревыхСквозных, взлетающих метелей.Вздыхающих стенаний глас,Стенающих рыданий мука:Как в грозный полуночи часПрипоминается разлука!Непоправимое моеПрипоминается былое…Припоминается ееЛицо холодное и злое.Пусть вечером теперь онаК морозному окну подходитИ видит: мертвая луна…И волки, голодая, бродятВ серебряных, сквозных полях;И синие ложатся тениВ заиндевевших тополях;И желтые огни селений,Как очи строгие, глядят,Как дозирающие очи;И космы бледные летятВ пространства неоглядной ночи.И ставни закрывать велит…Как пробудившаяся совесть,Ей полуночный ветр твердитМоей глухой судьбины повесть.Прости же. тихий уголок,Тебя я покидаю ныне…О, ледени, морозный ток.В морозом скованной пустыне!..

1907

Париж

СОВЕСТЬ

Я шел один своим путем;В метель застыл я льдяным комом…И вот в сугробе ледяномОни нашли меня под домом.Им отдал все, что я принес:души расколотой сомненья,Кристаллы дум, алмазы слез,И жар любви, и песнопенья,И утро жизненного дня.Но стал помехой их досугу.Они так ласково меняИз дома выгнали на вьюгу.Непоправимое моеВоспоминается былое…Воспоминается ееЛицо холодное и злое…Прости же, тихий уголок,Где жег я дни в бесцельном гимне!Над полем стелется дымок.Синеет в далях сумрак зимний.Мою печаль, и пыл, и бредСложу в пути осиротелом:И одинокий, робкий след,Прочерченный на снеге белом,—Метель со смехом распылит.Пусть так: немотствует их совесть,Хоть снежным криком ветр твердитМоей глухой судьбины повесть.Покоя не найдет они:Пред ними протекут отнынеМои засыпанные дниВ холодной, в неживой пустыне…Всё точно плачет и зоветСлепые души кто-то давний:И бледной стужей просечетОкно под пляшущею ставней.

1907

Париж

РАЗДУМЬЕ

Пылит и плачется: расплачется пурга.Заря багровая восходит на снега.Ты отошла: ни слова я… Но мглаЛегла суровая, свинцовая — легла.Ни слова я… И снова я одинБреду, судьба моя, сквозь ряд твоих годин.Судьба железная задавит дни мои.Судьба железная: верни ее — верни!Лихие шепоты во мгле с лихих нолей.Сухие шелесты слетают с тополей.Ни слова я… Иду в пустые дни.Мы в дни погребены: мы искони одни.Мы искони одни: над нами замкнут круг.Мой одинокий, мой далекий друг,—Далек, далек и одинок твой путь:Нам никогда друг друга не вернуть.

1908

Петербург

НОЧЬ

Сергею Кречетову

Хотя бы вздох людских речей,Хотя бы окрик петушиный:Глухою тяжестью ночейРаздавлены лежат равнины.Разъята надо мною пастьНебытием слепым, безгрозным.Она свою немую властьНизводит в душу током грозным.Ее пророческое дноМой путь созвездьями означитСквозь вихрей бледное пятно.И зверь испуганный проскачет.Щетинистым своим горбом:И рвется тень между холмамиПред ним на снеге голубомТревожно легкими скачками:То опрокинется в откос,То умаляется под елкой.Заплачет в зимних далях пес,К саням прижмется, чуя волка.Как властны суеверный страх,И ночь, и грустное пространство,И зычно вставший льдяный прах —Небес суровое убранство.

Январь 1907

Париж

СМЕРТЬ

Кругом крутые кручи.Смеется ветром смерть.Разорванные тучи!Разорванная твердь!Лег ризой снег. ЗариКраснеет красный край.В волнах зари умри!Умри — гори: сгорай!Гремя, в скрипящий щебеньЖелезный жезл впился.Гряду на острый гребеньГрядущих мигов я.Броня из крепких льдин.Их хрупкий, хрупкий хруст.Гряду, гряду — один.И крут мой путь, и пуст.У ног поток мгновений.Доколь еще — доколь?Минуют песни, пени,Восторг, и боль. и боль —И боль… Но вольно — ах,Клонюсь над склоном дня,Клоню свой лик в лучах…И вот меня, меняВ край ночи зарубежный,В разорванную твердь,Как некий иней снежный,Сметает смехом смерть.Ты — вот, ты — юн, ты — молод,Ты — муж… Тебя уж нет:Ты — был: и канул в холод,В немую бездну лет.Взлетая в сумрак шаткий,Людская жизнь течет,Как нежный, снежный, краткийСквозной водоворот.

1908

Петербург

РАЗУВЕРЕНЬЯ

КОГДА…

Голос ветра

«Когда сквозных огнейРосы листок зеленыйНа мой томящий одрНальет и отгорит,—Когда дневных лучейСлепящий ток, червленый,Клоня кленовый лист,По купам прокипит,—Когда, багров и чист,Меня восток приметит,Когда нальет потокСвоих сквозных огней —Твоя душа, твоя,Мою призывно встретит(Последних дней моих,Твоих весенних дней…)Ну что ж? Тревожиться?Тревожиться не надо:Отрада вешняя кругом —Смотри: зариОтрада вешняяНисходит к нам, отрада.Теперь склонись, люби,Лобзай — скажи: „Умри…“Лобзай меня! Вотще:И гаснет лик зажженный,Уже склоненный в сеньЛетейской пустоты…Прости, мой бедный друг!Прости, мой друг влюбленный!Тебе я отдал жизнь…Нет, не любила ты…»