Песка не остановится паденье.Я обескровлюсь, не две склянки с прахом,Чей символ смерти обдаёт нас страхомИ за песком ревниво наблюденье.Столп облачный и огненный, карфаго —Римские войны, Симон Маг, седьмицаВещей земли вiд сакського вiдмiдьцяНорвежському — всё жертвы хронофагаСтеклянного сего, хрупка чья струйкаНесметного песка, а я не вечен,Ибо плотян, ущербен и увечен…Слова вновь эти, Борхес, соркеструй-ка!
ТЫ НЕ ДРУГИЕ
Ты не спасёшь написанное теми,Кого твой страх оплакивает, ты неДругие, лабиринта центр в пустынеШагов своих в сгущающейся теми.Агония Христа или Сократа,Ни сильного Сидхарты золотого,Чьё тело умереть опять готовоВ лучах зари — не велика утрата! —Тебя спасти не смогут уже. ПрахомНаписанное стало и на ветерТы говоришь, но близок ада вечер,Ночь Бога бесконечна. Вник со страхомВ конец свой и в миг смерти — с дерзновеньем:Я стану каждым длящимся мгновеньем!
ADAM CAST FORTH
Где сад Эдемский или он приснился? —Свой разум на рассвете вопрошаюИ сам себя вопросом утешаю.Адам, вкусив свободы, изменился.Неужто же сон Бога в грех вменилсяСновидцу? И я тоже согрешаюВо сне, что здесь себе не разрешаю,Там дозволяю — вот и объяснилсяФеномен сна! В Эдем есть возвращеньеПо пробужденью и греха прощеньеКак сна, война в котором бесконечнаКаина с Авелем, где хрип убитыхИ рык где убивающих. Бог спит их.Меч изострён. Стрела остроконечна.
ПОЭМА О ДАРАХ
Упрёк или слезу я всё равно чьюНе заслужу. Как мастерски СоздательВручил мне, ироничный наблюдатель,Два дара сразу: книги вместе с ночью.Весь этот град томов, преподнесённыйГлазам без света, что читают толькоВо снах, ошеломил меня настолько,Что я совсем опешил, потрясённый.Но атласы, альбомы словари иТома без счёта стали недоступны,Хоть наважденья их и неотступны,Как манускрипты, что в АлександрииПожрал пожар. От голода и жаждыТантал страдал в Аиде, окружённыйВодою и плодами. ПогружённыйВ раздумья, не единожды, не дважды,Стократ Тантал, бреду вдоль книжных полокСлепой библиотеки бесконечной,Порой снимая книгу без конечнойЦели прочесть что-либо: мрака полог.На мир воззренья Запада, ВостокаВ рядах энциклопедии. ВекамиПисалось то, что трогать лишь рукамиТеперь могу, одаренный жестоко.Вот символы, вот виды космогоний,Династии, геральдика — всё этоВ подарок для незрячего поэта!Слепца какая дольше из агоний?Свет, сладкий свет отныне мне заказан.Со мной теперь и тросточка всегда та.Я, представлявший Рай себе когда-тоБиблиотекой, так зачем наказан?Я знаю, некто, имя чьё — не случай,Вновь так распорядится здесь вещами,Что этот мой — чей тянут зуб клещами,Да вытянуть не могут? — злополучайУже принял другой, по галереямБредущий, со священным страхом стеныОщупывая — слепы все сластеныИ гнусны все, вредящие евреям.Кто из двоих поэму эту пишет,Я вместе с тенью, тень вместе со мною?Но ходит кто за плотию иною,Мёртв заживо, хотя здоровьем пышет.Анафема за то на нас обоих.Мир этот изменяется и блекнет.Надежды в нём для двух умом калек нет.Как наказал Всевышний неслабо их!
МОРЕ
Юное море, море Одиссея,Оно же — мусульманского Улисса —Симбада-Морехода, тоже лиса!Однако, вижу в нём во всей красе я
