– В глаза не кидается, а я не вглядывался. К тому ж они не пускали к себе близко… да мне и не хотелось.

– Внушают, да?

– Без причины не станешь связываться, – подтвердил великан. – А поводов людоеды не дают – мы им, не интересны.

– Ясно, вы ж не входите в их меню, – кивнул богатырь. – Наверно, они как коалы: приспособлены к одному продукту. Хотя жрут вовсе не листья.

– И я о том. То есть прежде это меня не трогало. И про Мифея тогда не знал.

– Действительно, тут видна цель, – задумчиво сказал Светлан. – Иначе к чему такая разборчивость?

– Но этих, кажись, мало, – продолжил Крон. – Не то чаще бы натыкались.

– Что мало – слава богу… Эй, ты о чем? – спохватился богатырь. – По-твоему, есть и другие?

– Подумай сам. Если кого очень любишь…

– …пожирать…

– …зачем селиться от него далеко. Даже у троллей хватает ума устраиваться под мостом, где можно поживиться путником.

– Говорят, они еще похищают красоток, – сообщила Мишка. – Хотя как такие уроды отличают их от дурнушек?

– К слову, это не первородные тролли, – уточнил великан, придавив малышку внимательным взглядом. – У тех не было резона вредить людям.

– Но их уже не осталось, – возразила она. – Возможно, погибший за вас был последним. А кто тогда нынешние: побочный материал гоблинских опытов?

– Одичавшие образцы, – предположил Светлан. – Слишком тупые даже по меркам создателей. Но речь, собственно, не о троллях… На кого ж ты намекаешь, толстый? – спросил он у Крона. – На тех, кто живет рядом с людьми, но… э-э… любит их не меньше людоедов?

– Людолюбов, – вставила Мишка, опять взяв на себя роль наплечного попугая.

– Вы ж и сами сперва охотились на зверье, – сказал Крон. – А ныне обратили его в скот, чтоб пасся под призором, а нагуляв мясо, брел на бойню. Уж не знаю, кто тут у кого набрался.

– И опять всплывают мифы про гигантов-правителей, научивших людей всяким мудростям, – заметила она. – В Верхнем мире считают, что истина где-то там, за озоновым слоем, и чуть что – притягивают за уши инопланетян. Зато здесь не любят отрываться от земли, благо соседей по шарику хватает на все случаи.

– Уж лучше инопланетяне, – проворчал Светлан. – Насмотрелся я на порождения глубин…

– Лучше не лучше, а чем богаты. Каждому жанру – свои песни.

– Может, пора сменить репертуар?

– Вместе с жанром, ага, – хихикнула ведьма. – Я ж предлагала смотаться на Марс?

В этот момент под дробный перестук массивных лап на ближнюю улочку вывернула Лора – верхом на персональном рогаче. Стремительно промчав последний отрезок, силачка круто затормозила перед стеной и в несколько прыжков взлетела к вершине башни, легко обойдясь без лестницы.

– По-моему, как раз меня здесь и не хватало, – заявила она, усаживаясь рядом со Светланом. – А во дворце теперь Бахрам, – прибавила, ответив даже не на его взгляд – на мысль.

Впрочем, богатырь уже не удивлялся такому. Тем более что и Мишка видела его насквозь. Эдак вскоре сюда заявится прочий гарем, а следом потянутся друзья, сотоварищи просто знакомцы… И вокруг опять станет тесно.

Покачав головой, он продолжил:

– Если принять, что, кроме людоедов-охотников, существуют человечьи пастухи…

– Пастыри! – выпалила ведьма.

– …то им лучше не отличаться обликом от людей, чтоб не возникло отторжения. Не исключено, этим ребятам даже пришлось поменять диету, отказавшись от человечины, – иначе б их быстро раскрыли. Но потребность убивать у них, конечно, не исчезла, и вот это стало главным, чему людоеды научили своих овец.

– Баранов, – буркнула девочка.

– А мы, к нашему стыду, пошли на поводу у своих убийц, сильно облегчив им задачу. И заодно помогая затеряться меж собой, ибо сами начали смахивать на них, переняв чужие повадки… Кстати, – вспомнил Светлан, – недавно я предположил, что Пропащие Души – это естественный финал упырей, в коих обращаются иные люди после смерти. Но, выходит, это были не люди вовсе… ну или не вполне – скажем, наполовину, а то и меньше. Что ж, – кивнул он, – это многое объясняет… во всяком случае, вполне вписывается в чертеж здешнего мироздания.

– Не только здешнего, – бросила Мишка, вдруг проявив патриотизм.

– И как раз из людоедов после смерти проклевываются упыри. А затем, по прошествии лет… вернее сказать, веков… упыри превращаются в Пропащие Души, одержимые истреблением человечества. Забавно, да? Кто громче всех кричал о предательстве, сами оказываются врагами людей.

– А что тут нового? – дернула плечиком ведьма. – Так было испокон.

Поглядев на ее детское лицо, Светлан хмыкнул. Но тему развивать не стал – тем более это могло оказаться ловушкой. С этими малолетками лучше быть начеку.