– Полагаю, своей державе я нужнее живой, – заявил де Монье.

– М-да? – с сомнением спросил Светлан. Хотя сомнений как раз не испытывал – все ведь кристально ясно… правда, не для всех. – А как у нас с информацией? Вы хоть представляете, что творится вокруг?

Шутливо погрозив ему пухлым пальцем, герцог ответил:

– У меня собственная полиция, и о том, что происходит в Нордии, я знаю не хуже де Круста.

– Надо будет стукнуть Луи, на что тратится его казна, – произнес богатырь, осклабившись. – Личная полиция канцлера, надо же.

– Нет, сударь, вы не поняли, – тотчас сдал назад де Монье. – Разумеется, все мои подчиненные служат королю – как и я.

– А прислуживают кому? Вассал моего вассала – не мой вассал, верно? Стало быть, со спокойным сердцем может меня порешить – если ему велит сюзерен.

– Речь-то шла о его величестве, – напомнил хозяин. – А посягательство на его персону нельзя оправдать ничем.

– Да неужто? Если Луи вздумает вас, «избранных», уравнять в правах с простолюдинами, вы не задумываясь поднимете его на мечи.

– Ну зачем? – не согласился герцог. – Но если королю действительно такое взбредет, это станет бесспорным свидетельством его безумия.

– Отправите беднягу в психушку? Тоже неплохо.

– Разумеется, со всеми почестями, положенными его сану, – заверил де Монье. – А что делать, если он пошел против Бога? Сколь бы мы ни ценили нашего государя, Истина – превыше.

– Вам, любезный, еще не чудятся голоса? – поинтересовался Светлан. – Как бы вещающие от лица Истины.

– Ведь и вы… что-то слышите, – не остался в долгу герцог. – Вы тоже защищаете систему, разве нет?

– Я лишь защищаю слабых от насилия, – возразил богатырь. – Тоже не государственный ум, увы. За деревьями не вижу леса – такая вот недалекость.

– Зато за вами – сила, – сказал де Монье, с прочим, по-видимому, согласившись. – Вернее, сила – это вы. Сперва я недооценил ваши возможности, но теперь, понаблюдав некоторое время… Знаете, чего вам не хватает? Настоящей цели.

И тут мы плавно переходим… К чему, собственно? Опять начнут вербовать на службу?

– Намекаете, что можете ее дать? – спросил Светлан. – А не забыли, что я служу Анджелле?

– Похвальная преданность, – произнес герцог, улыбаясь. – Вот только, по моим данным, ваша госпожа ценит сие качество не в полной мере.

– А в полной – это почем? – вставила Мишка, опять вспомнив про свою роль шута.

– К тому же ваше гордое, но маленькое королевство вряд ли сможет прожить без помощи. А его патриархальный строй следует сменить на более совершенный.

– На матриархальный, что ли? – уточнила ведьма. – Вообще мы к этому идем.

– Ведь вам не обойтись без помощи могущественного соседа, – заявил канцлер. – И мы готовы взять вас под свое крыло, дабы защитить от близящихся невзгод.

– Что, вправду? – удивился Светлан. – Мне-то мнилось: это Нордия дышит на ладан, а у нас вроде устаканилось более или менее. Что значит державный взгляд на вещи!

– Вы многого не знаете, милостивый сударь. Существуют силы, для коих даже короли – вроде шахматных фигур. Вот с ними конфликтовать не просто опасно – бессмысленно. Зато, если поладить, можно выиграть столько!..

– Для себя? – спросил Светлан.

– И для себя, – подтвердил де Монье. – И для своей страны.

– А чё так мелко? – бросила ведьма. – Давай уж осчастливим всех – не спрашивая. Или опять будем одних одаривать за счет других?

Но канцлер по-прежнему ее не слышал, выжидательно глядя на гостя.

– У меня буксует фантазия, – признался тот. – Уж не идет ли речь о каких-то монстрах?

С той же улыбкой герцог произнес:

– Это ж не я вожу дружбу с ведьмами, ограми, призраками… даже, говорят, вампирами. Мой круг менее широк.

– Зато среди моих приятелей нет упырей, – сказал Светлан. – Каждый выбирает под себя.

– А чем ваши друзья лучше? Все эти порождения Хаоса…

– Да что вы пугаете Хаосом? – прервал богатырь. – Вселенной он столь же необходим, как Порядок. И пока не случается перекоса…

Он умолк, вспомнив библейскую цитату, недавно помянутую Мишкой. Все ж иногда Христос говорил дельные вещи.

А де Шатиньи опять зашептал канцлеру на ухо, сливая нужные сведения. Тот внимал с важным видом.

– У каждого Шерхана должен быть свой Табаки, – заметила девочка. – Хотя Монье не тянет на тигра – он сам смахивает на шакала.

– Разве у одного шакала не может ходить в подтявкателях другой?

– Думаешь, герцог впрямь печется о своем сословье? Или рванул во власть затем, чтоб с этой верхотуры, – она кивнула на пьедестал, – плевать на гигантов?