Снова наступила ночь, и он с удивлением обнаружил, что бежит к аллее, которую они нашли вчера с Мэддоксом. Прокляв Мэддокса умирать еженощно, боги прокляли и его, привязав к воину так же, как если б их сковали железной цепью. Почему его, а не Аэрона, он не ведал. Все что он знал это то, что в полночь он будет вынужден вернуться в крепость. Всегда будет возвращаться.

Он сбегал пару раз, проверяя их оковы, испытывая богов, но каждую полночь его как магнитом тянуло к Мэддоксу.

«Черт побери!» Он выхватил один из своих кинжалов и провел острием по бедру. Ткань порвалась, и кровь полилась из раны. Что же ему делать? Внутри него пульсировала нужда, настолько глубокая – такой он не испытывал ранее – выручать, спасать. Оберегать. Но только Данику. Только еще раз взглянуть в эти ангельские глаза и ощутить новый проблеск наслаждения.

Наслаждения, которого он и не ожидал познать.

Но познал, а теперь жаждал еще.

Боги не приказали бы Аэрону выследить и убить ее, если б она могла умереть от Ториновой чумы или если б Ловцам было предначертано нанести смертельный удар. Эта мысль и утешила и рассердила его.

Возможно, Рейесу стоило освободить Аэрона – он запер того в подземелье, прежде чем покинуть крепость – и последовать за ним к Данике. Гнев сможет вынюхать ее, таким образом Рейес отбил бы ее у Ловцов.

Нет, понял он. Не смог бы последовать за ним, если б Даники не было поблизости. А доберись до нее первым Аэрон – она, несомненно, умрет.

Забудь ее. Она смертная. Их тысячи. Миллионы. Ты сможешь найти другую женщину, походящую на ангела.

«Не хочу другую» выкрикнул. Однако он знал, что не сможет вечно держать Аэрона в цепях. «Проклятье»

«Не веди себя как ребенок» сказал женский голосок в его голове. «Посмотри на горе, и заткнись уже к чертовой матери. У меня от тебя голова раскалывается»

Его плечи окаменели. Он осмотрелся, держа напоготове нож. Никого не заметил.

«Чего ты ждешь?» снова произнес голос. «Поспеши»

Бог? Один из нас? Это не может быть Сомнение, поскольку говорящий был явно женщиной. Рейес не тратил более время, пытаясь сообразить, что к чему. Он рванул с места, а через десять минут стоял на краю горы.

Даника была там. Она и мужчина – Кейн, понял он – лежали на земле и стонали.

Гнев заполонил его от осознания, что она поранена, хотя облегчение и заструилось по его венам. Ошеломляюще, но она выглядела так, будто бы пыталась взобраться наверх, вернуться в крепость. Камни были разбросаны вокруг этой странной парочки, словно прицельно падали с неба.

Рейес подхватил ее на руки, не желая никогда отпускать, и пнул Кейна носком ботинка, чтоб разбудить. В руке он сжимал эфес своего кинжала – на всякий случай. Не чувствовал себя целиком уютно оттого, что остальные Повелители вернулись в его жизнь.

Кейн хрюкнул. Открыл глаза. Схватился за пистолет у себя за поясом. Рейес выбил его из руки.

«Давайте, перебейте друг друга» слабым голосом поощрила их Даника. Ее светлые волосы были испачканы кровью. В этот миг Рейес познал то темное, поглощающее неистовство, которое должен был испытывать Мэддокс, думая о том, что Эшлин могли навредить.

«Как ты поранилась? Если Бедствие…»

«Камни падали» сказала она, прерывая его яростные мысли. «С горы, я полагаю. Он оттолкнул меня, чтоб избежать худших из них и я споткнулась, ударилась головою»

Рейес расслабился, но лишь немного.

«Спасибо тебе» сказал он Кейну.

Мужчина кивнул, потирая висок, и встал.

«Где твоя семья?» Рейес спросил у Даники. Мог оставаться в таком положении, как сейчас, навечно.

«Летят туда, где вам их не разыскать» Она не встречалась с ним глазами и боролась с его объятиями. «Теперь поставь меня»

«Никогда», хотелось ему сказать.

«Нет. Ты слишком слаба, чтоб идти»

Оборачиваясь к Кейну, он перешел на венгерский, чтобы Даника не поняла. Он надеялся.

«Как ты спас ее? И не отвечай на английском» Он молился, чтоб только Кейн понял его.

«Ловцы были на пути в крепость, когда мы с Кейном застали их» был ответ по-венгерски. Конечно же, тот понял его, подумалось Рейесу. Он не приехал бы в Буду не подготовленным. «Мы бились, но их было слишком много…Его ранили, а меня схватили. Они совершили ошибку, поместив ее со мною в один фургон. Шины лопнули, и машина съехала с дороги»

«А теперь Ловцы…?»

«Мертвы»

Хорошо. Хотя часть его желала поубивать их снова. Как-нибудь поболезненней. Медленно и не торопливо. Его взгляд был прикован к Данике, выискивая признаки инфекции Торина. Ее кожа светилась здоровьем и характерный кашель отсутствовал. Значит, она не была заражена.

«Почему ты вернулась?» спросил он, возвращаясь на английский.

«Он заставил меня» ответила она, указывая на Бедствие. «Что с Эшлин? Я слышала, что они поговаривали…» она запнулась от внезапного рыдания «о нанесении ей вреда, чтоб выманить вас, ребятки, и найти какой-то дурацкий ларец»