Нет, повернуться Нарелин всё же не мог и открыть глаза, кажется, не мог тоже, но, к огромному удивлению, вдруг осознал, что видит звёзды.

… Они были удивлены и растеряны. Они разбрелись по катеру, недоумённо оглядываясь, не в силах понять, что произошло. Трое парней, три девушки. Нарелин краем глаза увидел, как мимо него кто-то прошёл, мелькнул край длинного светлого то ли платья, то ли кафтана, потом откуда-то сверху раздался удивлённый голос, мелодичный, со смесью страха и недоумения в интонации. Язык не был знаком, а катер, судя по всему, перевести чужаков не мог. Или возможность перевода сейчас оказалась блокирована.

Дальше последовали несколько минут тишины, а затем по каюте катера заметались оранжевые и синие вспышки, кто-то жалобно вскрикнул.

Последнее, что Нарелин услышал, перед тем как потерять сознание, был обрывок фразы Лина, из которой он разобрал только слова «твою мать».

— И с кем, простите, приходится работать? — гневно вопрошал Лин. — Сели, я сказал, все сели, понятно?! Если кто встанет, получит в двойном размере!!!

«Кнопки» словам Сэфес вняли с полной серьёзностью. Они покорно сидели рядком на полу, глядя, как Пятый и Лин, сами еле живые от усталости, пытаются помочь Клео. Тот пострадал от удара гораздо больше, чем Нарелин, который уже потихоньку приходил в себя в ближайшем медблоке.

— У меня нет слов, — мрачно добавил Пятый. — Ну и метод!

— А ты бы иначе поступил? — осмелилась ввязаться в спор одна из девушек. — Или всё-таки нет?

— Думаю, что нет, — уже более спокойно ответил Пятый. — Лин, тебе это не напоминает то, что было на Ну-мик-ла?

— Напоминает, — едко ответил Рыжий. — Клео получает второе место по способностям подставляться. Первое, как всегда, за тобой.

Судя по всему, до прихода в сознание блонди было ещё далеко. Более всего он сейчас напоминал мертвецов из Радалова дома: глаза ввалились, кожа обтянула лицо. Как будто из Клео разом выпили все соки. Нарелин сделал несколько попыток встать и подойти к нему, но Сэфес не позволяли; эльф так и не понял, что они сделали в итоге, — подняться из медблока у него уже не получалось. Только лежать.

— Лучше бы я с ним рядом был, — жалобно сказал Нарелин. Голова у него по-прежнему раскалывалась, но молчать не было сил. — Почему вы не пускаете? Он же чувствует, как вы не понимаете! Ну хоть что с ним, Пятый?

— Потенциал сбили, идиоты, — ответил тот, не оборачиваясь. — Главное — мы успели выйти вовремя. Не волнуйся, отлежится. Ну поболеет день-другой. Тело на контроллерах вытащим, а энергии мы через пару часов сбросим, только в себя придём.

— Спасибо, — одними губами проговорил Нарелин и продолжил мысленно — так было легче: «Опять мы облажались по полной программе. Арти нам это ещё припомнит…»

— Вы можете внятно объяснить, где мы и что случилось? — спросила всё та же девушка. С момента, как Сэфес разметали монаду, словно ураган — дорожную пыль, они ничего не слышали, кроме ругани от Лина. Ни где находятся, ни что случилось — ничего.

— Ах что случилось? — едко спросил Пятый, отворачиваясь от лежавшего на полу Клео, которому он только что поставил красный контроллер на солнечное сплетение. — Вы погибли, сударыня. Весь ваш коллектив отправился на тот свет три года назад. У себя дома вы признаны мёртвыми, вам, кажется, даже памятник поставили. А мы вас вернули, так уж получилось, простите великодушно. Вместо благодарности вы сначала врезали по будущей ученической паре, потом — по официалам, и слава богу, что вернулись мы. Иначе тут было бы сначала двумя, а потом восьмью трупами больше!!!

Девушка ошарашенно посмотрела на своих товарищей. Они ответили ей столь же недоуменными взглядами. Осознать это всё за те минуты, которые прошли с момента их неожиданного возвращения, они, конечно, не сумели.

— Лин, давай его в блок положим, по-моему, ему полегче, — предложил Пятый.

— Он тяжёлый, — возразил Лин. — Пусть на полу пока что. И потом, его тут откачивать удобнее, если что.

— Ладно, пусть лежит, — согласился Пятый. Сел рядом с Клео на пол, горестно покачал головой. — Нарелин? — позвал он.

«Здесь я, — грустно ответил Нарелин одной мыслью. — Валяюсь, как бревно».

— Говори словами, эльф твою мать! — приказал Лин. — Говорить-то ты можешь, не увиливай. Расскажи этим красавцам ситуацию, хорошо? Если мы с Пятым сейчас не восстановимся хоть немного, защищать тебя от Арти потом станет некому. И пригляди за мальчишками. Они очухаются в Сети, выйдут попозже. Надеюсь.

Нарелин вздохнул. Говорить вслух не хотелось, речь отдавалась болью в голове и всём теле.

— Ладно, ребята, — с трудом выговорил он — слушайте басню…

Он устроился поудобнее и пожалел, что в медицинской нише нет банального одеяла, тёплого и уютного, чтобы натянуть по самую шею.

В течение последующего часа Нарелин в подробностях излагал монаде историю Блэки, Радала и его знакомства с Каином. Они узнали также, какую роль во всём этом играет воссоздание погибших. Правда, чем дальше, тем говорилось труднее, и под конец Нарелин совсем выдохся.

— Так что теперь вам, наверное, нужно возвращаться домой, — завершил он, — и, разумеется, мы вам в этом поможем. Только сами чуток оклемаемся.