"Нет… Может быть, я немного объелся."

"Это была известная тебе пища? Хоть ты и рядовой боец отряда, но так же, как и я, имеешь важное поручение от Смертоносца Повелителя. Ты должен заботиться о себе, Олаф-сотник," - прочитал ему строгую нотацию восьмилапый.

"Да, Око Повелителя… Твое желание - закон," - отозвался Олаф, заинтересовавшись "скалистым" скорпионом, пробиравшимся через ущелье где-то к востоку от них.

Теперь сотник мог чувствовать и насекомых, совсем как восьмилапые! Или, быть может, совсем не так, но тоже на приличном расстоянии. Скорпион был сыт, он слышал крики веселых людей и предпочитал убраться подальше. Про пауков тварь ничего не знала… Прежде Олаф думал, что свирепый хищник не боится человека.

"Я позволяю вам сегодня остаться здесь," - изрек наконец Око Повелителя и с некоторой грациозностью удалился.

Люди встретили это сообщение радостными возгласами, пиршество продолжилось. Сильда все-таки забралась в свою сумку и подкармливала всегда готового пожевать Стаса, у него из рук начал выхватывать куски, Сайка, потом Люсьен, потом Вик. Джетка подхватила ветку и стала гонять вокруг костра воришек.

Все они были просто счастливы в этот момент, даже Сильда, сотник отчетливо это чувствовал. Люсьен удивительно легко переменил антипатию к женщине на полное благоволение, но особенно ярко, конечно же, горели друг к другу островитянин и джетка. Олаф даже позавидовал им, и тут же испугался.

А что, если от Тулпан в его сторону потекут совсем другие эмоции? Уж лучше бы этого не знать. Сотник хотел даже потихоньку вытащить шар из кармана и откатить в сторону, но передумал. Королева пока далеко, а следить за округой очень полезно.

–  Что ты такой надутый?
– возле него оказался атаман.
– даже Барук улыбается!

–  Он столько общался с Повелителем, что теперь все время улыбается, - уточнил сотник.
– С ним Старик не был так нежен, как с нами.

–  Да, - согласился Сайка.
– Вы что-то нашли в пещере? Какие-то рисунки? Ты думаешь о них?

–  О них, - кивнул Олаф.
– Странные рисунки, будто люди Фольша рисовали. Но ведь по эту сторону гор о Фольше никто не знает?

–  Нет, - уверенно ответил джет.
– Уж я бы слышал. Ни одной сказки даже нет про такого парня. Кто это, расскажи на ночь глядя.

–  Фольш… - Олаф подумал было уйти от разговора, но решил, что ничего опасного в нем нет.
– Фольш - это придуманный колдунами бог. Если верить их сказкам, то он живет на какой-то звезде. Прежде, когда весь мир принадлежал людям - а колдуны думают так - он радовался. Но потом люди забыли своего бога, и в наказание он призвал насекомых, прежде всего смертоносцев. Люди почти погибли, но Фольш почему-то передумал их уничтожать, и теперь призывает их бороться с пауками.

–  Я бы точно знал о такой сказке!
– повторил атаман.
– Уж мимо Джеммы не прошла бы такая глупая сказка! У нас любители есть по этой части.

–  Так вот, колдуны курят нас - в степи он крепче, чем ваш, лесной - и видят в бреду этого своего Фольша. Он отдает им приказы: убивать смертоносцев, жечь города, убивать всех слуг смертоносцев. Но главное: жечь самок и потомство восьмилапых… - сотник осекся.

–  Ну, ты-то другое дело, - сразу понял Сайка.
– Ты действовал по приказу Повелителя.

–  Да… Так вот, колдуны приходят в города, селятся среди людей и начинают искать дураков. Кто им поверит, ведут в степь, курят нас и обещают, что каждый, кто погибнет во имя Фольша, попадет к нему на звезду. Там бог даст им новое, красивое и здоровое тело, а еще могучее оружие. Фольш собирает там армию, которая однажды обрушится на землю, чтобы в Последней Битве уничтожить всех насекомых и вернуть землю людям.

–  Занятно. И многие ему верят?

–  Почему-то многие, - эта проблема давно мучала Олафа и только бегство от стрекоз заслонило ее.
– Очень странно, но люди верят колдунам охотно. Они нарушают Договор, поднимают восстание. Как победить пауков? Только огнем. Город горит вместе с Запретными Садами - там живут самки - большинство смертоносцев погибает. Потом люди остаются в степи и происходит сражение. Если побеждают оставшиеся восьмилапые, то на том и делу конец. Но если повстанцы одолеют…

–  Как же они могут одолеть?
– вокруг костра наступила тишина. Все смотрели на сотника, только Сайка, сидевший рядом, ворошил палочкой горящий хворост.
– Ведь отравленных стрел в степи нет?

–  Нет, но есть колдуны. Вы, джеты, заговариваете себя, я не очень понимаю, как это происходит… Но и сам могу скрывать мысли от восьмилапых. Другое дело колдуны, они чувствуют врага на расстоянии и умеют прятать от смертоносцев своих воинов. Засада - вот как они обычно воюют. Паукам очень тяжело с ними справиться, и поэтому… - сотник опять замолчал.

–  И поэтому карательные отряды по большей части состоят из людей, и даже Оком Повелителя там часто человек, - закончил за друга простодушный Люсьен.
– Например, наш друг Олаф-сотник, первый каратель Чивья, доверенный человек Повелителя. Он убил больше повстанцев, чем любой другой, верно?

–  Верно, - сотник не рассердился, потому что от хажца по прежнему исходило дружелюбие, которое Олаф физически ощущал.
– Ведь дело не простое. Люди Фольша не боятся умирать, им страшно перед смертью предать своего бога. Ведь тогда нового тела у них не будет, а провалятся они во Тьму Копашащуюся, вместе с насекомыми. Поэтому до тех пор, пока не сломаешь пленного, он не выдаст, где отряд. Смертоносцы этого не умеют… Важна не просто боль, а безысходность. Но это вам сложно понять, - чивиец потянулся.
– Не пора ли спать?