Прислушавшись к его бормотанию, я понял, что он рассказывает историю своего пленения:

— «Остаться должен один», — говорю я ему… а он в ответ: — «Дурак, я бессмертный». Можно подумать, я не знаю. Сам такой. Поднял меч, бросился на него. Взмах, скользящий блок и удар. Он поднял голову, приставил ее на место, вздохнул тяжело и говорит: «Ну бессмертный я, бессмертный». Я ее срубил, а он приставил. А как же гром, молнии, все взрывается, сила вливается в тело?

— Под Квинов? — со знанием дела спросил я.

Но он только глаза вытаращил и снова принялся канючить про свой меч. Дикий какой-то, «Горца» ни разу не видел, а туда же…

Страшный грохот прокатился по подземелью, а следом радостный рев преследователей. Значит, «железную деву» они выбили. Что же, у нас есть от силы пара минут, прежде чем они догонят нас.

Много крови прольется. Большей частью, конечно, с нашей стороны. Упыри не кровоточат, а скелетам и нечем, при всем желании.

Ускорив шаг, мы добрались до конца темницы и замерли в удивлении.

Я не говорил, что я ужасть какой умный, догадливый и проницательный? Нет? Ничего, еще скажу. Пока будем пробираться потайным ходом, ведущим из замка. А куда он может вести? Он же потайной.

Правда, замаскировать его и не пытались. Там, где заканчиваются ряды камер, коридор сужается до небольшого лаза, очень даже может статься, естественного происхождения.

— Первыми идут гномы, — распорядился я. — Потом остальные. Мы с Потапычем пойдем последними. Если что, прикроем отход. Все. Пошли!

Гномы не стали спорить, играя в героев, а просто построились в колонну и один за другим скрылись в дыре.

Старейшина гномом остановился у входа, провел рукой по стене и воскликнул:

— Не может быть!

Но тут настала его очередь лезть, и он не стал задерживаться, чтобы объяснить мне, что его так удивило. По мне, так обыкновенный лаз. Таким и должен быть потайной ход (не кафелем же его выкладывать), с бра на стенах и зеркалами на потолке.

Лев рыкнул и обернулся человеком.

— Иначе не пролезу. Уж очень узко.

Оторвав полосу от рубахи, я перетянул его руку, стараясь остановить кровотечение. Он и так уже заметно ослабел от потери крови.

В дальнем конце коридора возникли преследователи. Взвыли упыри, громыхая доспехами и размахивая мечами. Они увидели нас, и их вой зазвучал торжествующе. Рано радуетесь, порождения черной магии!

— Уходи, волхв. Я их задержу, — сказал перевертыш.

— Ты ранен.

— Но…

— Не спорь, — перебил я его. — Я иду последним.

Выхватив меч-кладенец, я вставил новый рубин в рукоять, заменив обойму, которая закончилась так быстро потому, что, когда я ее вставлял, она уже была без трех патронов. Последняя. На этом все волшебные свойства меча исчезнут, останется обычная железяка, которой можно только рубить и колоть.

Грохот выстрела чувствительно ударил по барабанным перепонкам, заметавшись между стенами коридора. Один из преследователей, получив удар в лицо, полетел вверх тормашками, упал на спину и продолжил движение, скользя латами по каменному полу. Жаль, скорость маловата, а то бы искры летели.

Второй и третий выстрел прозвучали один за другим. Пара преследователей полетела под ноги своих товарищей. Образовалась небольшая куча мала. Кого-то задавили свои же.

— Уходим, — окликнул меня Потапыч, ныряя в лаз, для чего ему пришлось сложиться почти пополам — уж очень низок ход.

Потратив еще один патрон на проворного упыря, успевшего перелезть через агонизирующих собратьев, я последовал за оборотнем, пригибая голову и двигаясь задом наперед.

Ворвавшегося следом мертвеца я проткнул мечом. Ему показалось мало. Схватившись за лезвие меча в попытке обезоружить меня, он потерял несколько пальцев, а вслед за этим и голову. Интересно, как они думают, ведь мозги наверняка прокисли и зацвели.

Второго я просто пристрелил, подождав, пока он начнет перебираться через тело погибшего товарища. Следующий упырь, попытавшийся перелезть через трупы предшественников, застрял. Забившись, словно попавшая в силок куропатка, он уронил меч и шлем. Чем значительно облегчил мою задачу. Я просто развалил одним косым ударом его череп и поспешил прочь, оставив преследователей самостоятельно разбираться с возникшей преградой.

Преодолев расстояние в два десятка шагов и заработав при этом шишку на затылке и ссадину на правом локте, я догнал своих. Лаз очень узкий, поэтому быстро развернуться мне не удастся, а полчаса корячиться, только чтобы оказаться спиной к опасности, — это не мой метод.