«На войне как на войне».

Он тоже не стал бы церемониться, поймай меня…

Второму повезло — мне нужна информация о местонахождении царевны. А мертвые не очень много могут рассказать. Или это просто я плохо слушаю…

— Врежь ему, — посоветовал Пусик.

Но я его послушался не сразу. Сперва помог стражнику снять шлем, а уж потом врезал рукоятью меча по затылку. Он пискнул, смешно так, по-мышиному, и рухнул на тело своего коллеги.

— Умница, — сказал я.

Поверженный мною противник перестал подергиваться, залив весь пол своей кровью.

Сглотнув ставшую горькой слюну, я убрал самосек в ножны и принялся связывать захваченного «языка». Порезанный на полосы, его плащ прекрасно заменил веревку.

Спеленав пленника не хуже древнеегипетской мумии, я принялся приводить его в сознание. Методом отвешивания пощечин. Ни на силу, ни на количество которых не поскупился. Пленник замычал и попытался сконцентрировать на мне свой мутный взгляд. Придя в себя, он открыл было рот, но я отрицательно покачал головой, коснувшись его губ острием его же меча.

Он понял.

— Если ответишь на мои вопросы и не будешь делать глупостей, останешься жив. Понял?

Он кивнул, еще больше выпучив глаза. Как замечательно, что они говорят на нормальном русском языке… Немного старомодном, с обилием устаревших слов и выражений, но не на фризском или аглицком каком-нибудь.

— Вот и хорошо. Вопрос первый: когда следующая смена караула?

Он сглотнул, не отрывая взгляда от раскачивающейся у его лица острой стали.

— У-у-тром.

— А точнее?

— К-когда солнце п-покажется над восточной грядой.

Часов здесь еще нет, так что узнать точнее невозможно. Ладно, будем исходить из того, что пара часов у меня есть гарантированно. Это если караулы не проверяются.

— Где содержат царевну Алену?

— Не знаю.

— Такой ответ меня не удовлетворяет. — Я коснулся мечом его щеки. — Подумай еще раз. И подумай хорошенько. Вот он не подумал — и что?

Стражник скосил взгляд на труп и побледнел. Не от жалости — на смерть товарища ему наплевать, — от страха за свою жизнь.

— Она в невестиных покоях.

— Где они находятся?

— Во дворце.

— А то я не знаю… Подробнее. Как туда пройти.

— Пойдешь сперва прямо, потом налево свернешь. Как выйдешь к западной башне, так опустишься по лестнице, там сразу и будут ее покои.

Как-то он уж очень быстро все выложил…

— Ладно, подумай еще раз. Если я попадусь, то тебя выдам как соучастника. Скажу, что это ты провел меня до дворца.

Пленник побледнел. Наверняка представил, что с ним сделают, если я это скажу. А разбираться не будут. Раз, два — и голова с плеч либо что-то другое на кол.

— Подумал? Говори!

— Вверх! По лестнице вверх. Там покои.

— А внизу караульное помещение? — предположил я.

— Нет. Опочивальня внутренней охраны.

— Живи, — запихивая ему в рот тряпку, сказал я.

Он выпучил глаза и задергался.

— Ну, чего?

— Ударь меня мечом.

— Очумел?

— Ударь. Ведь не поверят, что ты магией поразил, решат, что струсил.

— Лады.

Засунув-таки кляп, я размахнулся, но не ударил.

— На обратном пути. А то еще кровью истечешь.

Следуя его инструкциям, я благополучно добрался до указанного места. По дворцу двигаться стало легче, но и опаснее, поскольку горящие на каждом углу факелы освещали не только дорогу, но и меня, крадущегося аки тать нощной.

Взбираясь по лестнице, я чувствовал себя подобно моим соотечественникам, которые вернулись после изнурительной работы на приусадебном участке, а лифт, как назло, не работает, и приходится тащиться пешком, да с мешком картошки, на этаж эдак восьмой-девятый. В общем, к тому времени, когда я оказался перед дверью в невестины покои, с меня градом катил пот, а легкие работали в режиме кузнечных мехов.

Вопреки чаяниям, но в подтверждение здравого смысла, у дверей в покои стоит пара консервных банок с обнаженными мечами.

Сил бросаться в бой не осталось, поэтому я опустился на ступеньки.

— Круши их, — прошептал мне на ухо Пусик. Хотя кроме меня и Гнусика, его никто все равно не услышит, даже заори он во всю мочь.

— Умный в гору не пойдет, — заявил Гнусик. — Он ее объедет.

«Либо облетит», — решил я.

Настало время поработать и заспинным болтунам.

Если мне повезет и в покоях окажется хотя бы одно подходящее окно, в смысле отсутствия на нем решетки, то я проникну внутрь без шума и пыли.