Метис решил не зимовать с осейджами. Его жена не сможет приспособиться к образу жизни индейцев. Да и само племя будет удивляться, почему женщина Острого Ножа не снимает шкуру с убитой дичи, не готовит, не шьет мокасины. Осейджи станут осуждать Мэгги. Белая женщина не будет приниженно вести себя перед мужчинами племени. А если кто-то посмеет ударить ее хлыстом за неповиновение, Мэгги пустит в ход свой кнут. Воин захочет ее наказать, и Лайту придется его убить. В племени начнется невообразимое.

Нет, с осейджами зимовать нельзя. Мэгги не поймет обычаев индейцев, а те осудят ее за странное поведение.

Тем временем на палубе опять появились люди и начали разворачивать корабль. Часа через два им это удалось. Вега, Хулио и еще один разбойник подняли парус. Кормчий взялся за рулевое весло. Ветер наполнил полотнище, и корабль поплыл вниз по течению.

– Он даже не подождал своих людей!

– Ch'erie, испанец не так глуп. Он понял, что его люди не вернутся.

– Дьявол еще приедет сюда. Дьявол не потерпит, что Калеб остался на свободе.

– Теперь Вега приплывет не раньше следующего года. Пока можно о нем не думать. Остался Крюгер. Надо забрать каноэ, чтобы они не достались немцу.

Лайт направился к отмели. Мэгги – за ним, Калеб шагал последним.

Крюгер был им не страшен. Немец бродил по лесу безоружным и, видимо, действительно сошел с ума.

На закате того же дня Калеб, Лайнус и четверо воинов-осейджей поехали за телами пиратов, которые высадились на берег с Крюгером. У мертвых взяли оружие, сняли с них всю одежду. Три нагих тела закопали в землю.

Макмиллан сказал осейджам, что их помощь не понадобится и они могут возвращаться. Обрадованные индейцы вскочили на своих лошадей и с громким кличем и картинной демонстрацией своего умения ездить верхом ускакали в поселение, располагавшееся за соляными пещерами. Пятнистый Койот уехал с ними. Он торопился показать скальп своей жене.

Диксона привели в чувство и отправили на ферму. Голова у парня гудела, перед глазами все расплывалось. Когда Ноа увидел своего приятеля Бодкина, то сначала подумал, что ему это снится. Линтон рассказал товарищу, как он попал в плен.

Пленников на ферме приняли радушно. Молодые люди думали, что их свяжут и запрут. А вместо этого очаровательная девушка хлопотала около них. Эй Макмиллан сбрила волосы Диксона с затылка и намазала его мазью из дурмана. Молодых людей накормили.

Бодкин и Диксон никак не могли поверить, что живыми вырвались с адского корабля Рамона де ла Веги. Радости их не было предела. На ферме собралась странная компания: карлик, индейцы, негры, смуглый молчаливый метис со своей красавицей женой, швед, француз, англичане и шотландец со своими дочерьми.

Лайт, Мэгги и Калеб пригнали к причалу Макмиллана два каноэ и принесли хорошую весть: Вега поднял парус и убрался восвояси. Однако все понимали, что отсрочка не будет долгой. Через год испанец обязательно вернется.

Поселенец поговорил с Бодкином и Диксоном. Как он и предполагал, юноши нанялись на судно Веги потому, что искали приключений. Ребята оказались неплохими, и он начал подумывать, как бы их заарканить.

К вечеру Макмиллан и Би отправились за миссис Мак и остальными девочками. Заботливый муж хотел, чтобы его шестой ребенок появился на свет там, где он был зачат.

Эли надоело слушать похвалы, которыми осыпали Острого Ножа. Шведу все уши прожужжали о геройском поступке Лайта. Почему-то каждый считал своим долгом рассказать эту историю именно ему, Нильсену. А Пятнистый Койот все так приукрасил, что получалось, Батист Лайтбоди бился с целой сотней вооруженных до зубов головорезов.

Сейчас Нильсен сидел во дворе и точил нож. И злился.

Из сарая вышла Эй. Девушка остановилась и спросила шведа:

– Ты хочешь нанять этих двух ребят, чтобы добраться до Обрывов, да?

– Вот именно. Чем скорее я отсюда выберусь, тем лучше.

– Для нас это тоже будет лучше. Мы всего лишь бедные жители глухомани, – с едким сарказмом проговорила Эй. – Но еда наша тебя вполне устраивает.

– Не беспокойся, я за все заплачу.

– Рада это слышать. Значит, слово «нахлебник» из списка твоих недостатков можно будет вычеркнуть.

Эли положил нож и посмотрел на девушку так пристально, что та покраснела. Эй была симпатичной: стройная, гибкая фигура, высокая грудь, прямой нос, чувственные губы, зубы ровные и белые. Ее густые темно-каштановые волосы были расчесаны на прямой пробор, и прямо за розовыми ушками начинались толстые косы, спадавшие до талии.