– Вы остры на язык, аррум, – прошипел Багид, пришедший, судя по всему, в состояние слепой ярости. – Но я бы посмотрел на вас, если бы пол вашего родного пиннаринского кабинета был изъеден шардевкатранами, а за стеной по коридору разгуливал Прокаженный. Я не сомневаюсь в том, что их побег – это его рук дело.

«Ага, клюнул, дядя!» – мысленно возликовал Эгин.

– Хорошо, аррум. В таком случае докажите мне, что вы сделали все от вас зависящее, дабы уберечь своих невольных пленников от посягательств Прокаженного. Докажите – и в письме гнорру не будет ничего о ваших проступках. Клянусь Князем и Истиной.

– Идемте! – рявкнул Багид, исчезая из зеркала. Судя по грохоту кресла, неторопливые речи Эгина разозлили его не на шутку.

– Да, аррум. Теперь я вижу, что вы были совершенно правы.

– Я запер их здесь для их же собственной безопасности, – развел руками Багид. – Они пугались буквально каждого резкого движения и производили совершенно невменяемое впечатление. Проклятые шардевкатраны!

Добротный и на удивление сухой каменный погреб, в котором стоит едва уловимый запах меда. Похоже, при прежних Вакках здесь была кладовая. При нынешнем – тюрьма. Куча соломы и скомканные бараньи шкуры в углу. В другом углу – два порожних кувшина, в которых еще жив слабый запах дешевого вина, и две миски, измазанные жиром. А в центре погреба самое интересное – аккуратная квадратная дыра в каменном полу. Просто не хватает одной плиты. Будто бы она взяла и вместе со всем грунтом, бывшим под ней, устремилась к самому дну хуммеровой бездны.

Лога рвался внутрь, лаял, но Есмар, крепко придерживая его за холку, что-то нашептал псу в ухо, и тот вроде бы успокоился. Эгин покосился на пса и, отобрав факел у одного из охранников Багида, переступил порог погреба. Он переворошил солому и не нашел в ней ничего интересного. Эгин пощупал овечьи шкуры, убедился в том, что одна из них действительно хранит очень слабый, но сравнительно свежий След Лормы, и подошел к квадратному провалу. Эгин лег на живот, просунул руку с факелом в провал, перегнулся через край. Толщина плотно утрамбованной глины под ним не превышала одного локтя и ему удалось-таки заглянуть внутрь подземного лаза.

«Сорок Отметин Огня на мой хрен, если я когда-нибудь видел нечто подобное.»

Лаз, или, правильнее было бы сказать, туннель, имел в поперечнике около двух человеческих ростов, что в точности отвечало представлениям Эгина об этих, как он бишь их там называл… шардевкатранах. Но вот стенки туннеля были сплошь покрыты каким-то совершенно неизвестным Эгину веществом. Темно-серым, чуть шероховатым, на вид твердым. Вроде как яичным раствором, на котором строят особо важные мосты или самые новые северные крепости. Эгин ковырнул ногтем потолок туннеля, из которого сейчас торчала неожиданным украшением его голова. Да, так и есть. Твердый как камень.

И вот в этом-то очень прочном с точки зрения Эгина веществе было проделано, мягко говоря, немаленькое квадратное отверстие, в которое провалилась каменная плита пола! И притом провалилась совершенно бесшумно, потому что люди Вакка ничего не слышали. А, провалившись, исчезла совершенно бесследно. Ну, разумеется, ее унесли Сорго и Лорма. Не поленились.

Учудил ли все это пресловутый Прокаженный, шардевкатран или кто еще – Эгину было разбираться совершенно недосуг. Надо было решать вопросы по мере их возникновения. А самым насущным вопросом сейчас был такой – переживет ли он, Эгин, аррум Опоры Вещей, эту долгую ночь?

– А скажите, аррум, ваши люди не пытались спуститься в этот лаз и обследовать его?

– А что толку? Встретить там, внизу, шардевкатрана – все равно что червю повстречаться с голодной саламандрой. Никаких шансов.

– А как же Прокаженный?

– Полагаю, что Прокаженный через свою связь с Люспеной пользуется у тварей неким особым расположением.

– А зачем ему, как вам кажется, Сорго и Лорма?

Это бессмысленное с точки зрения Эгина общение происходило довольно необычно. Они сейчас подымались по крутой лестнице из подземелий наверх, в центральный коридор багидова дома. Как определил Эгин, когда они шли в к погребу, вперед и направо по коридору находился выход из дома во двор, охраняемый двумя алебардистами. Вперед и налево была лестница, ведущая на второй этаж. Там, в частности, находился оружейный зал, где они вели переговоры.

Впереди всех шли двое мужиков в красных рубахах. Эти несли факелы и были с виду безоружны. За ними подымались Есмар, Лога, Гнук и Эгин. Именно так – своих спутников Эгин умышленно пропустил вперед. Прямо в затылок Эгину дышали уже более серьезные люди. А именно шестеро в кольчугах, заросшие бородами до самых глаз и вооруженные топорами. Не дровяными и не мясницкими, а здоровенными боевыми топорами. За ними двое особо доверенных телохранителей вели под руки Багида Вакка. Хозяин Серого Холма был, оказывается, не только черноног, но еще и хромоног. Телохранители имели мечи. Да, вполне сносные кавалерийские мечи южной ковки, как определил Эгин по рукоятям. Мечи эти, как и топоры, были не самым удобным оружием в плотной потасовке.