– Почему? – Она наступала, а он всеми силами старался сохранять серьезный вид. Ему нравилась ее настойчивость.

– Потому что я не умею писать. Может быть, однажды ты сделаешь это за меня.

Они сидели молча, глядя на море и наслаждаясь ночным ветерком, дувшим в лицо. Он набросил на нее пиджак и еще крепче прижал к себе. Прошло немного времени, прежде чем они снова заговорили.

– А чего хотят твои родители? – поинтересовался он.

– Потом? Он кивнул.

– О, чего-нибудь гораздо более приличного. Работу в музее или университете, можно в старших классах школы. Но больше всего, чтобы я вышла замуж. Занудство. А ты? Что ты будешь делать после того, как газеты перестанут рассказывать, какой ты потрясающий футболист? – Она походила на расшалившегося ребенка, но в глазах сквозила женщина, и Том Харпер не мог не заметить этого.

– Я уже говорил. Как только перестану играть, мы вместе напишем книгу.

Они молча смотрели, как восходит солнце, потом сели в машину и поехали обратно в Сан-Франциско.

– Хочешь позавтракать, перед тем как мы расстанемся? – Они были уже на Поло-Альта, недалеко от ее улицы, в маленькой английской спортивной машине, которую он взял напрокат.

– Лучше отвези меня домой.

Если мать зайдет к ней и обнаружит, что она не ночевала дома, ей придется изворачиваться, но подруги ее прикроют. Как она прикрывала их. Двое из четырех уже потеряли невинность. А третья прилагала все усилия, чтобы это поскорее случилось. Кейт этот вопрос не волновал, пока она не встретила Тома.

– Что ты делаешь сегодня вечером? Она ответила упавшим голосом:

– Сегодня не могу. Я обещала родителям провести вечер с ними. Они купили билеты в консерваторию. Может быть, после? – К черту, к черту, к черту. Он уедет, и она никогда его больше не увидит.

Ее лицо вдруг стало таким грустным, что ему захотелось поцеловать ее. Не как ребенка. Как женщину. Захотелось прижать ее к себе, чтобы ощутить, как бьется ее сердце. Он хотел... Усилием воли он заставил себя прогнать эти мысли. Она еще так молода...

– Я не смогу потом, Принцесса. Мы завтра играем. Мне надо в десять быть уже в постели. Не беспокойся. Может быть, нам все-таки удастся побыть немного вместе, прежде чем мы разлетимся в разные стороны. Проводишь меня в аэропорт?

– Конечно. – С лица девушки исчезло беспокойство.

– Хочешь завтра посмотреть игру? – Том расхохотался, увидев выражение ее лица. – О, беби, скажи честно. Ты ненавидишь футбол, правда?

– Вовсе нет. – Кейт засмеялась. Он застал ее врасплох. – Ну, не совсем ненавижу...

– Тебе он просто не очень нравится, правда? – Он тряхнул головой и рассмеялся. Прекрасно. Ребенок, ученица колледжа из солидной, состоятельной семьи. Безумие. Просто безумие.

– Ладно, мистер Харпер. Так что? Что из того, что я не самый горячий футбольный болельщик?

Он с улыбкой взглянул на нее сверху вниз и покачал головой.

– Ничего. Совсем ничего. – На самом деле его это забавляло. Незаметно они оказались перед ее домом, и это был конец. – Хорошо, детка, я тебе позвоню позже.

Ей хотелось заставить его дать обещание позвонить, сказать, что она отменит вечер с родителями. Но она почувствовала себя одной из многочисленных девчонок, гоняющихся за самим Томом Харпером. Он никогда не станет ей звонить. Она напустила на себя безразличный вид, слегка кивнула и с милой улыбкой вышла из машины. Но не успела ее нога коснуться тротуара, как Том крепко схватил ее за руку:

– Эй, Кейт. Не уходи так.– Я сказал, что позвоню, значит, позвоню.

Она обернулась с улыбкой облегчения.

– Ладно. Я просто подумала...

Он отпустил ее руку и потрепал по щеке:

– Я знаю, что ты подумала, но ты ошибаешься.

– Да? – Их глаза встретились.

– Да! – Это было самое нежное слово, которое она когда-либо слышала. – Иди поспи немного. Я позвоню попозже.

И он позвонил. В то утро он звонил дважды и один раз вечером, когда она с родителями вернулась домой. Он был уже в постели, но не мог уснуть. Они договорились встретиться на следующий день после игры. Но на этот раз все было по-другому. Много суеты и напряжения. Его команда выиграла, вокруг них толпились люди, Кейт нервничала. Это уже был не рассвет на пляже в Кармеле. Это был Том Харпер на вершине своего успеха в битком набитом баре аэропорта перед вылетом в Даллас на следующую игру. Члены команды уходили и приходили, им махали руками, какие-то женщины просили у Тома автограф, бармен не сводил с них глаз и все время подмигивал, все на них смотрели, перешептывались... Том Харпер... Неужели?.. Черт возьми, да!.. Том Харпер! Это было ужасно.

– Поедешь со мной в Даллас?

– Что? – Она была потрясена. – Когда?

– Сейчас.

– Сейчас?

Он улыбался во все лицо.

– Почему нет?

– Ты с ума сошел. Мне надо... У меня экзамены...

Ее глаза были полны испуга, как у маленькой девочки, и вдруг он задумался. Поездка с ним в Кармел была неким актом доверия, даже бравадой. Но поездка в Даллас – совсем другое дело. Только теперь он это хорошо понял. Надо двигаться осторожно. Эта девочка не такая, как все, с ней надо по-иному.