– На самом деле все не так мрачно. – Он задумался о страховке и посмотрел на нее. – Для тебя брак и дети звучит ужасно, Кейт?

Она повела плечами:

– Наверное. Мне это все так чуждо.

– Ты еще молодая. – Он произнес это торжественно, чем вызвал ее улыбку.

– Да, дедушка.

– Что ты на самом деле собираешься делать после окончания колледжа?

– Честно? Поеду в Европу. Хочу уехать отсюда на пару лет. Поболтаться. Поработать где подвернется. Представляешь, как я буду сыта по горло всей этой муштровкой после стольких лет учебы!

– Ты это называешь муштровкой? – Он усмехнулся, вспомнив пеструю компашку богатеньких детишек, с которыми она явилась на вечеринку. Они все учились в Стэнфорде. У них были деньги, хорошие шмотки, и у обочины их ждали «корветы» последних моделей. – Куда в Европу?

– В Вену или Милан. Может быть, в Болонью. Или в Мюнхен... Я еще не решила, но куда-нибудь в новое местечко.

– Ого!

– Заткнись.

Ее с новой силой охватило желание поцеловать его. Она тихо улыбалась в ночи. Вот она сидит фактически в объятиях Тома Харпера. Половина женщин страны лопнула бы от зависти. А они себе сидят, как двое послушных детей – его рука у нее на плече, и запросто болтают. Даже ее родители не пришли бы в ужас. Эта мысль ее позабавила.

– А какие у тебя родители? – Казалось, он читает ее мысли.

– Скучные. Но довольно милые. Я у них единственный ребенок, к тому же поздний. Они многого ждут от меня.

– А ты оправдываешь их надежды?

– Почти всегда. И напрасно. Я поощряю их дурные привычки. Они думают, что я всегда буду ходить перед ними на задних лапках. Отчасти поэтому я хочу уехать на пару лет. Пока что я только начала учиться в колледже. Но на следующее лето...

– На деньги папочки, конечно.

Это прозвучало так надменно, что она со злостью посмотрела на него.

– Не обязательно. Я и сама зарабатываю. Я бы предпочла сама оплачивать свои путешествия. Если мне удастся найти там работу...

– Прости, Принцесса. Я просто подумал... Не знаю... Вся эта компашка, с которой ты сегодня появилась, кажется слишком благополучной. Я встречал таких в штате Мичиган. Все они были с Гросс-Пойнта, или Скотсдэйла, или откуда-то в этом роде. Это все одно и то же.

Кейт кивнула. Она не стала спорить, просто не хотелось, чтобы он считал ее такой же, как вся эта кучка детей. Но она поняла, что он имел в виду. Хотя она никогда не бунтовала, такая жизнь ей и самой не очень нравилась. Слишком уж всего у них было много. И никаких осложнений, никаких тревог, никаких вопросов, никаких сомнений. Они имели слишком много. И Кейт не была исключением. Но она по крайней мере это осознавала.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что сама зарабатываешь? – Он взглянул на нее с удивлением.

Она ответила раздраженно:

– Я работаю моделью!

– Да ну? Для журналов или как? – Вот это да! Кейт была создана для этого, но он просто не мог себе представить, что она работает. Грандиозно. На него ее признание произвело огромное впечатление. Повернувшись к ней, он заметил, что лицо девушки смягчилось.

– Приходится делать все. В прошлом году я снялась в рекламном ролике. Но чаще всего меня приглашают на показы мод в такие роскошные магазины, как Сакс. Платят прилично, и это дает мне некоторую независимость. В какой-то мере это еще и развлечение.

Он представил себе ее на подиуме, высокую и стройную, в каком-нибудь пятитысячедолларовом платье.

Том мало что в этом смыслил, но был недалек от истины.

– Ты собираешься заниматься этим и в Европе, когда окончишь колледж?

– Только если мне будет грозить голод. На самом деле мне хочется совсем другого.

– Например?

Том прижал ее к себе. Он выглядел не старше ее. Вдруг впервые в жизни ей захотелось отдаться мужчине. Это казалось безумием. Она еще сохранила невинность, да и плохо была с ним знакома. Пока. Но именно он должен стать первым. Она представляла себе, какой он нежный и внимательный.

– Продолжай, Кейт. Чего другого тогда тебе хочется в Европе? – Он ее поддразнивал и заставлял улыбаться. Ей всегда хотелось иметь старшего брата, похожего на этого человека.

– Я не знаю. Работать в газете, например. Или в журнале. Быть репортером. Где-нибудь в Париже или Риме.

Он провел рукой по ее волосам, обрамлявшим сияющее лицо.

– Почему бы тебе, малышка, не стать моделью и не остаться тут, как подобает приличной женщине? Зачем искать трудности, проходить через огонь, воду и медные трубы?

– Моего отца хватит удар. – Она хихикнула.

– Меня тоже. – Он снова привлек ее к себе, как бы желая защитить от невидимого зла.

– Ты герой вечеринок, Том Харпер. А я, черт возьми, хорошая писательница. Я могу стать неплохим репортером.

– Кто сказал, что ты хорошая писательница?

– Я сама. Вот увидишь, в один прекрасный день я напишу книгу. – Черт побери, зачем она это ляпнула? Кейт отвернулась и замолчала.

– Ты серьезно, Кейт? – У него был свежий, как утро, голос. Она молча кивнула. – Значит, однажды ты это сделаешь? – Он боялся спугнуть ее мечты. – Мне тоже хотелось написать книгу, но я оставил эту затею.