Мистер Кейн бурно выразил протест против уменьшения наследства, ведь леди Кэмден потеряет пять тысяч фунтов. А ничего еще не доказано! Пусть выдвигают официальные обвинения!

Леди Кэмден, бледная и пораженная происходящим, дотронулась до руки мистера Кейна: "Мне не хочется доводить дело до того, чтобы являться в суд".

На что последовали новые негодования:

– Но это же нарушение всяких законов! Он не вправе просто затак отхватить у тебя пять тысяч фунтов! Из-за того, что ты уклонишься от судебных процедур. Ведь доказательств-то нет! Мондли пользуется лишь тем, что он опекун твоих денег. Все не законно, не законно!

– Если леди подпишет сейчас бумагу, – подталкивая Франческе документ, торопился Рафферти, – она избежит личных проблем.

– Не подписывай этого, Френ! – настаивал мистер Кейн. Ты даже не прочла документ. Подпись – равносильна признанию вины. Оставьте документ, сэр, а мы отдадим его на рассмотрение адвокату, которого выберет леди Кэмден.

Мистер Рафферти покорно вздохнул. У него сложилось очень плохое мнение о них, если бы они не настояли на предосторожности. Жаль, что здесь присутствует этот джентльмен. Если бы дама осталась одна – подписала бы, несомненно. И вслух сказал:

– Этот документ составлен для того, чтобы избежать публичной огласки дела – обвинения в воровстве. Но, если желаете, чтобы Ваш адвокат внимательно ознакомился… Оставляю бумагу. А что касается Вашего жительства здесь – это полностью за лордом Мондли. Вы занимали этот дом без уплаты ренты благодаря его воле. Когда Вам будет удобно переехать, леди Кэмден? Это помещение желает занять – и как можно скорее! – сестра лорда.

Это была самая откровенная и очевидная уловка со стороны Мондли. Его сестра живет с ним уже двадцать лет.

Старая дева, которой за шестьдесят, вряд ли неотложно возжелает собственного жилья.

– Надеюсь, Вы понимаете, что она не в самом подходящем возрасте для переезда? – воскликнула миссис Денвер.

Франческа выглядела так, будто ее больную подняли с постели, что, впрочем, было недалеко от истины.

– Я действительно заболею, если эту грязь придется выносить еще куда-нибудь. Мы освободим помещение на этой неделе, мистер Рафферти.

Он осклабился:

– Вам не стоит беспокоиться о перевозке мебели, все принадлежит лорду Мондли. Может завтра начнете переезд?

– В один из дней на этой неделе, – твердо повторил мистер Кейн. – А если лорд Мондли захочет прислать сюда судебного пристава, он сам будет обвинен…" – от волнения мистеру Кейну не приходило в голову никакое обвинение, которое можно предъявить Мондли.

– Давайте договоримся на послезавтра, – предложил мистер Рафферти, при сем на его желтоватом лице стала появляться зловещая ухмылка.

– Подходит, – заключила леди Кэмден.

После того, как мрачный посетитель удалился, Франческа совершенно убитым голосом попросила: "Не будешь ли так добр, Селби, снять для нас дом в Кроли?… Сколько это стоит?"

Кейн назвал довольно скромную плату. Франческа кивнула: "Подходит. К тому же, как заявил адвокат, перевозить нечего. Я сейчас же иду укладывать вещи".

– Ложитесь спать, Френ. Прислуга займется, – сказала миссис Денвер. Она волновалась и за физическое, и за душевное состояние Франчески.

– Правда, – согласилась Франческа, – отдохну, прежде чем собираться.

Подписала чек, отдала Селби.

Упадок сил был полнейшим. Ей даже наверх представлялось подняться невозможно, словно дикий груз привязан к ногам. Что скажут отец и мать, узнав о таком позоре. Можно ли скрыть от них случившееся? Пять тысяч фунтов, с таким неимоверным трудом ими заработанных, будут пущены на ветер лишь потому, что она вышла замуж за никудышного расточительного человека.

Уехать из Лондона казалось самым разумным решением. Она – в подобных мыслях – еще долга лежала, уставив в потолок невидящие глаза. Лондон – ужасное место, а самым ужасным в нем представлялся лорд Дивэйн. Если бы она осталась здесь дольше, самое лучшее, на что можно было бы решиться – на предложение Дивэйна. Впрочем, станут ли они щедрее теперь? Конечно, среди знакомых ей мужчин были и порядочные. Мистер Ирвин, например. Но он не принадлежит к тому типу мужчин, за которых хочется выйти замуж. Во-первых, он и не делал предложения. Во-вторых, и мысли не допускал, чтобы его имя хоть малейше запятналось. Ее веки сами собой сомкнулись, и Франческа впала в какой-то неестественный, лихорадочный сон.

Через полчаса мистер Кейн вернулся к миссис Денвер после разговора с агентом по недвижимому имуществу: "Тот домик в Кроли уже куплен. Я принес перечень других мест, куда Френ сможет переехать. Но, боюсь, что с ее возможностями позволить себе на самое необходимое две тысячи пятьдесят фунтов в год… Френ придется поселиться в небольшой квартире".

– Она терпеть не может всякого рода квартиры, – вздохнула миссис Денвер, И стала читать список. "Ничего подходящего для нас… Во всяком случае, до первого июня. А мы должны покинуть этот дом уже послезавтра. Если прожить эти недели – в отеле? Слишком дорого. Не говоря уже о прислуге".